— Только приехал, — мать всплескивает руками, — и, посмотри, на кого похож! Свинтус!!!

Умывает меня чуть ли не насильно, усаживает за стол и ставит передо мной тарелку с зелёными щами, с мясом, со сметаной. Вкуснотища! Только в деревне у бабушки такое есть.

Ем, а сам в окно поглядываю. Варька так и сидит, грустно чиркая веточкой по земле. Дурочка какая-то!

Чем дольше смотрю на нее, тем больше злюсь. В итоге, закончив с обедом, сбегаю на улицу и иду на пустырь — излюбленное место для сборища местных пацанов.

Сеньку вижу издалека. Высокий, рыхлый, громко ржущий боров-переросток, вокруг которого шелупонь всякая вьется.

— И кто это к нам пожаловал? — ржёт он, завидев меня.

— Где кукла? — спрашиваю в лоб, останавливаясь прямо перед ним. Он выше меня на голову, но мне плевать.

— Поиграться захотел? — снова ржач. Его прихвостни тоже смеются, но с опаской. Поглядывают на меня, хорохорятся, но ссут.

— Где Варькина кукла?

— Пришел за плаксу заступаться? — хмыкает Сеня и начинает дразниться, — тили-тили тесто, жених и невеста.

Какой жених? Какая невеста? Я уже в четвертый класс перешел, а она в этом году первый раз форму наденет, да бант на макушке повяжет.

— Где кукла? — злюсь

— Нету! Сдохла! Мы ее расчленили и сожгли.

— Значит, новую купишь!

— Еще чего!

— Я сказал купишь!

— И кто меня заставит?

— Я и заставлю.

Вижу, что трусит. Глазенки бегают, нервно губы жует. Но вокруг стая саранчи и он чувствует поддержку, выпендривается

— Кишка тонка, — и неприличный жест показывает.

Ну я и вспылил, сорвался. Налетел, как на тренировках учили, свалил его с ног и по земле валтузил, пока он не завопил дурным голосом и не начал маму звать.

Друзья его в сторонке стояли, опасаясь к нам лезть, наверное, решили, что я форменный псих. Возможно, так и было, иначе чем объяснить, что я в драку влез из-за ссаной куклы.

— Где игрушка? — проорал, вжимая его морду в пыль.

— Мы ее к дереву прибили! На опушке, — он фыркал, отплёвывался от земли и ревел, хлеще чем Вареник.

— Веди, давай! — отпустил борова, и тот на дрожащих ногах поплелся в сторону рощи. Я за ним, а остальные на своих местах остались.

Страшненькую потрепанную куклу нашли прибитой вверх ногами к березе.

— Придурки! — выругался и содрал ее с дерева, — что бы я тебя больше рядом с малявкой не видел. Не дай Бог пожалуется — прибью. Понял?

— По. понял, — заикаясь, заискивающе ответил Сенька.

Куклу я вернул Варенику. Она снова разревелась. Ну теперь-то чего?

— Спасибо! — всхлипывая кинулась ко мне и стиснула сильно-сильно, своими тоненькими ручками-веточками.

— Э-э-э… да ладно тебе… пустяки, — мне стало неудобно. Смутился, покраснел и быстренько от нее сбежал.