Когда у нас Анника-то была? Года два с половиной назад, не меньше! Может врет, пытаясь отбелиться? Смотрю на него и понимаю, что нет, никакого вранья.

— Ты говорил, что было.

— Нет. Не поверишь, мне стыдно было признаваться, что игра, которую сам же и затеял, оказалась дурацкой.

— Куда же ты уходил?"

"— На работу. Куда еще? К самой верной и отчаянной любовнице, — кисло усмехается, — сидел полночи за компьютером, или спал. Или смотрел в окно и думал о том, какой я кретин.

— Кретин, — соглашаюсь с его мыслями, — полнейший. Тебе надо было просто признаться.

— Струсил Варь.

Представляешь? Просто струсил. Не хотелось разговоров, не хотелось каяться. Думал, все само сойдет на нет. Забудем об этом и все. Тем более ты сама не спешила вставать на этот путь, оставаясь верной, несмотря ни на что, а я завязал с походами налево. Мне казалось, все со временем придет в норму и нас течением, без усилий вынесет к нужным берегам. А потом эта твоя командировка в Москву …и Неманов.

— Его вполне могло и не быть. Если бы ты не смолчал о главном.

— Знаю, — горько морщится, — и это самое хреновое.

— Не в том месте ты решил смолчать, — выдаю с прохладцей.

Я ведь тоже жалела о том, что Рома снова появился в моей жизни. Словно спутавшись с ним — испачкалась, предала саму себя.

— Если для тебя это важно, то я жалею о том, что все сложилось именно так. То мое решение было самой большой ошибкой. Я слишком поздно понял, что надо не ломать тебя, делая сильнее, а просто быть рядом и оберегать. Вот и все.

Я упорно гнала от себя мысли о том, какой могла бы быть наша жизнь, если бы Илья так и поступил, просто был бы рядом, каменной стеной защищая от невзгод. Наверное, тогда не было бы никого счастливее девочки Вари.

Жаль, что я этого уже не узнаю.

— Я все испортил.

— Не ты, Илья. Мы. Я тоже только сейчас начала осознавать, что не должна была соглашаться на твои условия. Сила была не в том, чтобы принять их, позволив себя переделать, а в том, чтобы дать отпор, сохранив себя и нас нормальных.

— У тебя не было шансов спастись, — усмехается невесело, — я всегда все делаю по-своему.

— Я могла просто уйти тогда, после первого раза. Уехать. Тогда ты, возможно, призадумался бы, стал исправлять, пытаться вернуть.

В конечно итоге, если нам суждено быть вместе, мы бы снова сошлись. А может и нет. Этого уже не узнать, потому что мы выбрали другой путь. Неправильный.

— И что теперь?

— Я не знаю Илья.

— Ты уйдешь? — смотрит на меня, обреченно ожидая ответа.

— Скорее всего. — я не хочу врать, пытаясь подсластить пилюлю, — слишком много лишних людей прошлись по нашим отношениям, оставляя за собой грязный след. Я не знаю, как от этого избавиться. Как все отмыть и начать сначала.

— Если попробовать?

— Попробовать можно.