Надо же, я думала его нескоро «отпустит». Стойкий оказался. Сразу видно, деловой человек. Только почему он зовет мать по имени? Или я что-то не так поняла.

Впрочем, причуды этой семейки меня не касаются!

Не спешу отпускать малышку, потому что будущая свекровь, или кем она мне приходится, явно не в восторге от знакомства.

— А ты, — грозно рычит на меня Дима. — Ко мне! На разговор!

И разворачивается, направляясь к кабинету. Привык на работе всем указывать, хозяин жизни!

Быстро оцениваю обстановку, выбирая наиболее безопасное место для Маши, а потом гордо и уверенно шагаю в спальню Эльвиры. Оставляю малышку на пушистом ковре: здесь она не упадет, не ударится, да и забраться сильно некуда.

— Просто смотрите, чтобы Маша никуда не влезла, — из моих уст звучит как приказ, но на самом деле сказывается волнение.

— Да как ты смеешь, пигалица? — шипит гадюкой Эльвира. — Надеюсь, он вышвырнет тебя вон!

— Меня зовут Екатерина, — дерзко вздергиваю подбородок. — Если не запомните, то запишите. А то возраст, я все понимаю.

Удаляюсь под шумное фырканье женщины. Намеренно оставляю двери приоткрытыми, чтобы приглядывать за малышкой. Из Эльвиры нянька явно неважная получится.

В кабинете меня уже ждет Дима. Стоит, сложив руки в карманы. Смотрит на меня, словно бык на красную тряпку, даже ноздри раздуваются. Хорошо хоть пар из ушей не валит.

Он в ярости и растерянности одновременно. Значит, все-таки допускает вариант, что мог обзавестись наследником.

— Ночной клуб «Элит»… Пятизвездочный отель «Президент»… Маше полгода. Считать не разучился? — бросаю отрывистые факты, намекая на наше знакомство и первую совместную ночь.

Дима напряжен, в глазах — сомнения вперемешку с испугом. Мысленно подсчитывает сроки, а я заранее знаю, что все сходится. Неужели я бы приперлась сюда просто так?

— Дима?..

Мужчина взмахивает рукой, намекая, чтобы я заткнулась. Но я не собираюсь слушаться его. Надо дожимать!

— Я думала, ты будешь рад нам, — сглатываю судорожно. — Я же до сих пор люблю тебя, глупый, — шепчу с придыханием, и саму чуть ли не тошнит от наигранности моих же слов.

Однако на Диму действует этот банальный прием. Он застывает, изумленно округлив золотисто-карие глаза, и даже дышать прекращает.

Пользуясь его замешательством, подхожу ближе и, схватив руками за футболку, притягиваю мужчину к себе, впиваясь в его губы. Долго уговаривать Диму не приходится.

Этот мужчина безотказно реагирует на три Ж: женщина, живая, желание утоляющая.

Поэтому холодные руки Димы нетерпеливо ложатся на мою талию, а поцелуй углубляется, душит меня и пожирает. Замираю и про себя считаю до десяти. Мужские ладони спускаются ниже и умело скользят по моим бедрам, каждым касанием посылая мелкие разряды тока.