Но нет!

Там мой генерал! Раненный и сошедший от горя. Кто, если не он, будет защищать нас от Огненных? Они уничтожат весь мир!

Там моя семья! Мама, папа и брат, что точно разорвёт всех на кусочки за меня. А дедушка и бабушка!

Мой хранитель!

Никого не могу подвести. Я нужна им всем. Я нужна новому старому миру. Нашему Истоку. Все фениксы нужны."

"Пора бы поддать под задницу Огненным паразитам, что сожгли свой мир и пришли в наш родной, чтобы тоже испепелить его и превратить в выжженную пустыню. Не драконы, а паразиты, что не хотят жить с даром и в гармонии, а готовы только потреблять, уничтожать и завоёвывать.

Вот уж нет.

Без меня никак там.

И меня потянуло, завертело, закружило, и я сделала живительный вдох.

Распахнула глаза. Грудь выгнулась. Глаза расширились. Я видела всё так ярко, что это сначала привело в замешательство.

— Ма-а-ам! Как она? — прокричал, кажется, Рич.

Точно, это был он.

Я повернула голову. Мой брат рывком снял белоснежную футболку и бросил её в меня.

Я повернула голову и увидела маму, на чьих коленях я лежала. Моя нежная мама плакала и гладила меня. А потом принялась помогать мне, надевая на меня длинную рубашку брата. Она приподняла меня.

— Ариночка, моя. Ты живая. Получилось. Девочка моя. Ты смогла. Вернулась, — мама обнимала меня и прижимала к себе, пока я, дезориентированная, смотрела по сторонам и ужасалась.

Мы по-прежнему на вершине башни замка. Мой отец и Ричард сражались с огненными драконами, что с воздуха атаковали наше убежище. Мои мужчины держали над нами оборону, пока я проходила перерождение.

Я потянулась к голове, с замиранием сердца вытянула прядь. Рыжие, огненные. Мои.

— Мама. Это я?

— Да. Да, — кивала головой мама и плакала.

— А где Соломон?

— Вот он, спит ещё.

— Получилось. — Я посмотрела вниз и увидела у ног свернувшегося саламандра, что крепко спал.

— Мам, а мой дракон?

— Какой?

— Белоснежный, раненный, ледяной.

— Тот который прорывается сюда?

— Да. Папа! Рич! Помогите прошу!

Мужчины переглянулись и принялись с новой силой отбиваться от Огненных драконов, что налетали с воздуха, как стервятники.

Я встала на пошатывающихся ногах, а потом прислушалась к себе. Сила наполняла меня. Мой феникс смог возродиться.

Огонь тек по венам.

Я рванула к краю и закричала, что есть силы:

— Даррен! Я жива-а-а! А потом я перегнулась через ограждение и расправила руки.

Моя птичка расправила крылья. Изящные и красивые, а языки пламени скатывались с них и исчезали, падая вниз.

Глава 30

Ледяной исполин, что сражался в небе, замер и пропустил удар в шею. Огненные дракон снова метил в него. Всё тело моего белоснежного ящера было в ранах и крови, но он не сдавался.

Ледяной огонь безмолвно горел в его глазах.

Я напала сверху на дракона, что ранил в шею моего генерала.