Вытаскивать ее из болота отчаяния, быть рядом и помочь снова встать на ноги. Гремучая смесь из ревности, обиды, чувства вины и надежды заставила меня идти по дорожке лжи и притворства. И где-то там, за очередным поворотом, я понял, что одержим любовью к этой исполосованной судьбой женщине. Что ее взгляд мне милее света в окне, а когда она впервые за полгода улыбнулась, я чуть не усрался от счастья."

"Я украл ее у Наиля, но вором себя не чувствовал. Разве вор тот, кто отбирает то, что было украдено у него самого? Наиль приходил на похороны Марины, но держался в стороне. И, конечно, видел нас с Евой вместе.

Первое время после похорон телефон Евы был у меня, поэтому, когда позвонил Наиль, я не раздумывая ответил и обставил все так, будто это она позвала меня. Он что-то там проблеял про то, что у него умер отец и пришлось заниматься похоронами и вступать в наследство, попросил передать Еве, что должен с ней поговорить, попросить прощения. «Дружище, она тебя проклинает каждый день, — сказал я. — И, прости, но у нас вроде как все наладилось. Дай ей время прийти в себя, не лезь напролом».

Я знал, что он больше не появится. Это было в духе Наиля: заковаться в себя и подбрасывать дровишек под котел со смолой, в котором он же добровольно варился.

Но этот придурок удивил даже меня: разорвал все одним махом, сменил номер, переехал, с головой ушел в большой бизнес.

Мне нужно было остановиться уже тогда. Вручить поводья судьбе и отвалить в сторону.

Но я не смог и поэтому упал еще ниже.

Ева сказала, что ждет ребенка: из-за нервов и стресса что-то там по-женски проморгала и узнала о ребенке только через пару месяцев. Сразу сказал, от кого он и предупредила, что аборт делать не будет.

Вот тогда я и сказал: «Ты выйдешь за меня замуж и точка». Как-то так, дословно уже и не помню.

Она согласилась, потому что кроме меня рядом в самом деле больше никого не было: Вероника, вдруг вспомним о совести, съебалась на другой край света, лишь бы не смотреть в глаза сестре с чьим парнем (мной) она вроде как трахалась у нее за спиной.

Когда мы с Наилем встретились спустя пару месяцев — случайно, тут я не планировал — я грохнулся на самое дно, но и оттуда, как говорится, мне постучали.

Он украл у меня сердце Евы, а я украл у него дочь. Око за око, зуб за зуб.

Я думал, что самое тяжелое позади, что теперь Ева — моя жена, и мы медленно, но уверенно, идем на сближение. Черт, я даже сексом с ней не занимался первое время, давал возможность оттаять, привыкнуть ко мне. Потихоньку развлекался на стороне с девочками из эскорта, нарочно выбирая зеленоглазых блондинок. Имел чужих баб, мечтая о своей законной жене.

А потом родилась девочка и когда я увидел ее карие глаза, то сразу понял — не уйти от божьего правосудия. Никак. Не сбежать, не спрятаться, не перехитрить.