Ему понравилась одна очень красивая девушка, и он захотел, чтобы она стала его собственностью. Деньги у него были, расплатиться было чем… В общем, это целая система, богатые клиенты покупают дорогих и, что самое важное, чрезвычайно послушных девочек. Я не знаю, как там все организовано в деталях, потому что моя епархия здесь, а не там, в Черногайске. Как и не знаю, кто такой Горожанов. Но с людьми, которые меня интересуют, я привык вести предметные разговоры, поэтому навел справки, уточнил некоторые детали…

– У кого?

– А вот этого я не скажу! – потешно пригрозил мне пальчиком Пальмир, будто был родителем, а я малышом, которого уличили в интересе к банке клубничного варенья. – И не жди.

– Почему? Все равно ведь пропаду, – с унылым видом озвучил я его же прогноз.

– Пропадешь не пропадешь, а есть вещи, которые никто не должен знать. Даже стены этого кабинета…

– Но справки вы навели?

– Да, и сделать это было нетрудно. Через время, через расстояние, но нетрудно… Возможно, ты думаешь, что Горожанов сам убил свою подружку? – рассуждая вслух, сказал Илья Семенович.

– Возможно.

– Нет, в петлю она полезла сама.

– В петлю?

– Дело в том, что наркотики в сочетании с гипнозом разрушительно действуют на человеческую психику. Кто-то может жить с этим долго, а кто-то быстро сходит с ума…

– Хотите сказать, что Татьяна Зуйко сошла с ума и потому полезла в петлю.

– Это не я, это мне так сказали. Но я и сам бы мог это предположить. Ведь я тоже работаю в этой области.

– Наркотики в сочетании с гипнозом?

– Да. Что за наркотик, я не скажу – секрет. Да и не важно. А гипноз – дело обычное. Тут не нужно быть Мессингом, достаточно средних способностей. Главное, система…

– Сбить человека с толку, войти в доверие, оглушить блестящими перспективами, а потом, подмешав наркотик в напиток, превратить его в кролика, – выдал я.

Я вспомнил, как вывела меня из душевного равновесия история со ста двадцатью тысячами рублей, как Илья Семенович взял меня в свой мягкий оборот, заворожил и обольстил, а потом был обед, где мы пили компот, в который, возможно, и был подмешан сильнодействующий наркотик, основа для последующего воздействия на сознание. Возможно, меня держали на наркотике все то время, что я мыл золото. Может, его подмешивали в пищу или чай… Хитрая задумка и, главное, рентабельная. Как говорится, бесплатный труд раба облагораживает и обогащает его хозяина.

– Совершенно верно! – с мефистофельской умильностью ответил мне Пальмир. – Схема проста и очень надежна. Да ты и сам, Петрович, мог в этом убедиться… Ничего, что я с тобой вот так, запанибрата?

– Ничего. Если я был твоим рабом, то почему бы тебе не побыть со мной запанибрата? – желчно скривил я губы.

– Почему был? Ты и сейчас остаешься моим рабом.