– Да, а чего ты спрашиваешь? – Златка вынимает наушники.

– Молчишь, – отвечаю я.

– Никит, мы же договорились? Я не хочу менять свою жизнь.

«Отвали, Гончаров. И заткнись. Ты мешаешь мне слушать аудиокнигу про наглого мажора и скромницу», – хочет сказать Злата, но отвечает по-другому.

Снег заваливает дорогу. Машины стоят на серпантине в бесконечной пробке. Неудивительно, что мы добираемся домой к вечеру. Златка устало натягивает шарф и бросает на меня озабоченный взгляд.

– Жаль, что не успели в больницу, – протягивает она, поправляя лямки рюкзака. – Тогда… до завтра?

– Я помогу тебе донести вещи, – произношу решительно.

Это что… все? Реальность бьет меня, как пыльный мешок из-за угла… Это действительно все? Не будет поцелуев, объятий и ночей? Все вот так закончится?

Мы совершили героический поступок, выполнили долг… И все? В горле собирается горечь, а сердце толкает ребра. А руки… Да что там руки – мышцы не желают повиноваться, словно деревенеют возле ее порога.

– Заедешь за мной завтра? – шелестит она, вскидывая взгляд.

– Да. В восемь?

– Да. Пока.

Не знаю, что на меня находит – я выставляю ногу вперед так, что Злата не может закрыть дверь. Вваливаюсь в прихожую, вдыхая знакомый запах ее квартиры. Прижимая Золотко к стене, на ходу снимая с нее одежду. Куртку, шарф, рюкзак… К чертям все…

– Никита, что ты делаешь? – она мотает головой и впивается мне в грудь напряженными пальцами. – Мы же… Мы…

– Еще одну ночь, Злат… Пожалуйста, – вдыхаю запах ее волос, прохладной с улицы кожи, едва удерживая равновесие. Никогда меня еще так не вело… Чувствую себя мальчишкой, у которого забирают игрушку. Мне мало… Еще, еще… Хочу надышаться ей, словно завтра умру…

– Нет, я прошу тебя. Мы же договорились. А я… Пожалуйста, – ее тихий голос, похожий на мольбу, меня отрезвляет.

Глубоко вздыхаю, пытаясь восстановить дыхание, и отступаю. Смотрю в карие блестящие глаза, пытаясь угадать ее чувства. Бесполезно… Их заглушает страх. Или сожаление, или что-то еще, незнакомое мне…

– Пока, – разворачиваюсь и выхожу в подъезд.

Злата закрывает дверь, а я приваливаюсь лбом к холодной стене, пытаясь усмирить сердцебиение. Злата права – сейчас не время менять жизнь… Да и Габи с Амираном никуда не делись. Делаю шаг к ступенькам, заслышав, как в замке поворачивается ключ.

– Ники… – шепчет она, распахивая для меня двери. Молчит. Просто смотрит, но ее взгляд кричит и умоляет: ""Оставайся, подари мне еще одну ночь… Прощальную. А потом расстанемся и будем вести себя, как чужие люди"".

– Золотко. Злата моя…

– Дурак…

– Знаю. Не могу поверить, что этого больше не случится.

Я впервые провожу с ней ночь в квартире Ирины Максимовны. Мы не можем надышаться друг другом, словно не было всех этих дней… Кажется, голод не притупляется.