Или вообще без расстояния… Близко… Очень близко… Хочу чувствовать твое тепло, дыхание, касающееся шеи, видеть, что прячется на дне твоих глаз. И я…

– Ох, Ники… Господи… – Златка разворачивается ко мне и тянется, чтобы поцеловать. Так и не дает договорить сакральную фразу про долг.

Не помню, чтобы меня так вело… Эмоции переполняют меня, растягивают сердце, словно воздушный шарик… У меня даже кожа зудит, потому что не может их вместить… Слишком много, слишком мучительно… Когда-то мысли о Злате помогали мне выжить в Америке. Я закрывал глаза и представлял теплое море, соленый пряный ветер, ласкающий лицо, ее глаза, сияющие в темноте как бриллианты, качели… Вспоминать о нашей первой близости было отдельным видом мучения…

Злата позволяет мне спать в ее постели. Она что-то бормочет во сне, а я глажу ее по животу, крепче прижимая к себе…

А утром все повторяется: ласки, поцелуи, объятия, совместный душ… Оставляю Золотко одну в ванной и выхожу в прихожую, вытирая волосы полотенцем. В монотонный шум воды вплетается тоненький звук входящего вызова. Странно… Почему Ирина Максимовна звонит мне?

– Слушаю, Ирина Максимовна, – произношу, мысленно коря себя за то, что позабыл обо всем… Даже о том, что мы не позвонили в больницу.

– Никита, только не говори Злате.

– Боже мой, что случилось?

– Никитушке стало хуже. Показатели изменились, так доктор говорит. Они сегодня собрали консилиум. Врач хочет поменять лечение, добавить новый препарат. Никитка все время про вас спрашивает…

– Может, нам вернуться, Ирина Максимовна? Стоит ли продолжать эту… затею с ребенком, если времени нет?

– Врач сказал, что не стоит. Я специально уточнила. Вы когда возвращаетесь? Нет, нет, я вас не тороплю…

– Планировали остаться на неделю. Злата говорит, что столько будут длиться благоприятные дни. Сегодня третий день нашего пребывания, так что… Может, я сам позвоню врачу?

– Он просил вас не беспокоить. Не отрывать от дела. Но я не сдержалась, – охает Максимовна. – Амиранчик мне тут помогает… Ой!

Ну вот. Амиранчик захаживает к моему сыну, пока я… со всей старательностью делаю ему братика или сестричку! Абсурдная ситуация. До ужаса некрасивая и неправдоподобная. Но она есть… Есть другой мужчина, готовый принять Злату с двумя чужими детьми. Есть Габи, с которой мне предстоит делить имущество… И есть рай… Я, она и гостиничный номер.

– Кто звонил? – довольно спрашивает Злата, выглядывая из ванной.

– По работе. Исполнительный директор уточнял кое-что… Давай позвоним Никитушке, Злат?

– Вот так? Вместе? – краснеет она.

– Ну да. А что тут такого?

– А если в палате окажется Амиран? Никит, это… Это жестоко.

– Златка, по-моему, ты накручиваешь. Амиран знает, куда мы поехали и для чего. Снимай халат и надевай джинсы и водолазку.