Три года назад погиб мой отец. Уважаемый человек. Он проигрался в катране. Сумма не слишком большая, но для пенсионера неподъемная. Ему было слишком стыдно просить у меня денег. Он… Повесился на люстре в собственной квартире.

История грустная, и в голосе Гали чувствовалась глухая горечь. Но не та яростная буря, что бушевала только что. Я смотрел на неё и пытался понять – какой она будет, когда откровения останутся позади?

– И ты решила отомстить Гоше руками Дубова? – я задумчиво почесал подбородок. – А заодно и прибрать к рукам его заведение.

– И откуда ты все знаешь? Вот уж ищейка.

– Все просто, Галя… Вы убрали Дубова, потому что он что-то прознал про вас. Нет, – я даже пальцем покачал. – Не про то, что вы шашни крутите, а что-то серьезное. Уверен, если копнуть твои дела, которые ты прекратила и до суда не довела, найдется масса интересного. Скорее всего, вы с Гориным мутили что-то серьезное и незаконное. Например, дела прекращали за денежку. Дубов об этом узнал и поплатился жизнью.

– Правильный слишком был Глеб Львович, – монотонно пробормотала Галя. – Я предлагала ему шанс на хорошую жизнь, а он засадить меня грозился. Представляешь? Меня, свою воспитанницу… Я же за отца его считала… Наставником от Бога он был.

– Хреновый все-таки из него наставник получился, раз его подопечная по преступной дорожке пошла.

– Да что ты в жизни понимаешь? Ты ничего не видел. Там, – Галя кивнула куда-то в сторону. – Настоящая жизнь… Люди свободно говорят, вещи – не штамповка, музыку никто не запрещает, дефицита нет, КГБ за тобой не бдит.

– Конечно, откуда мне знать. Я свою страну не собираюсь предавать, – продолжал я раззадоривать Галину. – А ты, погляжу, на Запад собралась? Кто бы мог подумать?

– Ты просто там не был, Петров, иначе говорил бы сейчас по-другому.

– Ты права, не был… Но при чем тут Дубов?

– Сам понимаешь, что такое переезд, требует денег. А Дубов просто мешал нам зарабатывать.

– Так и Горин с тобой собирался эмигрировать? Ха… И как вы хотели это обстряпать? В странах соцлагеря вас бы депортировали по просьбе наших властей. Единственный выход – смотаться в развивающееся государство. Отсталое какое-нибудь. В Индию, например, и в посольстве капстраны на их территории просить политического убежища."

"– Все-то ты знаешь, Петров, – зло прошипела Галина. – Слишком много знаешь

– Ага… – кивнул я. – Поэтому Горин и пошел меня устранять.

– Я знала, что рано или поздно ты докопаешься до истины.

– А потом ты стравила меня с Сафоновым. Чтобы я взял неверный след. Только не пойму, зачем ты его предупредила, что у него будет обыск? Сама же поехала его делать. И отыграла роль так правдоподобно… Я поверил.

Как ни странно, комплимент был искренний. Но Федорова, конечно, уже меня толком не слушала.