"

"— Тьфу на тебя, Ярославка! О чем только думаешь? В общем, так ведьма и поняла, кого в избушке привечала.

— И как дед, выжил? — задумчиво спросила я.

— Живой же, — Матрена снова села, да и продолжила: — Но осерчала ведьма страшно… утром. Да только сердце-то ее уже давно о демоне пело, так что помирились быстро. И начали встречаться. Уж Всеславушка в лес, он рядом. Она домой, он в дом, и хорошо им было, да дед твой демон не из простых, и с человеческой девушкой ему встречаться не то чтобы зазорно — не позволительно… Другая на роль жены имелась. Всеслава о том проведала, да и решительно запретила ему на глаза ей появляться.

Гордые ведьмы-то.

— А как узнала? — вот оно, ведьминское любопытство.

— Да явилась к ней нареченная-то его, полдеревни разнесла.

— У-у-у…

— Вот-вот. А демон-то все выслушал и говорит ей: «Откажусь я от свадьбы». Всеслава на деревню глядит, сама плачет, жалко ей людей-то, да и говорит: «Ты, Аристианушка, живи в своем мире-государстве, а я буду жить в своем. И больше мне на глаза не показывайся!» Демон-то крылом махнул — вмиг все дома стали как прежде, а то и краше прежнего, и так ей говорит: «А если она от меня сама откажется, выйдешь за меня?» Рассмеялась ведьма, да грусти в том смехе больше, чем веселья.

«Не откажется она от тебя, милый, — говорит Всеславушка, — любит она тебя… я-то точно знаю». Демон подумал и говорит: «Спорим, месяца не пройдет, как Нарита сама сбежит да за другого замуж пойдет!» «Да быть такого не может!» — отвечает ведьма. Но поспорили. А спор с демоном, он особое свойство имеет — демон власть обретает, ауру свою сплетает с аурой поспорившего, и уплаты долга уже не избежишь. И вот что скажу я тебе, Ярославушка, месяца не прошло, как та самая демоница из Дарранта сбежала да за человека замуж пошла! Тут уж и дед твой к Всеславе явился, да не просто так — за ней прилетел. И не отвертишься уж — коли слово демону дала, он свое с тебя стребует! Теперь понимаешь, о чем толкую-то?

— Неа. — Мое воображение другой вопрос занимал. Нариту упоминал Повелитель, и я так поняла, что это мать Инара, но… то ли она повторно замуж вышла, то ли… понять не могу ничего! — Тетя Матрена, а у Инара какое происхождение?

— Не о том ты, Ярослава, думаешь, — укоризненно сказала Матрена.

 — Да и не ведаю я.

— Да? — я хитро прищурилась. — А о том, что жених-то у меня уже бывший, откуда ведаешь?

— Так лукошко твое Всеславе Ильинишне на рассвете и вернула. Грибочки-то для супа от нее. Правда… стучаться долго пришлось, но уж как достучалась, все новости узнала-выведала. И про тебя, и про помолвку, и про деда. Уж думала похвалить-то, а тут гномики прибежали, да о дурости твоей чин чином и доложили! И удумала же — спорить с демоном! Да еще и с тем, в ком кровь-то древняя проснулась!

Сижу я, о своем думаю.