К тому же Грушевский может взбеситься и сказать какую-нибудь гадость. Поэтому лучше выглядеть поскромнее. К тому же Грушевский… и так будет бешеный, чего уж там.

Делаю легкий макияж, чтобы спрятать круги под глазами. Всё же долго ждала Архипа и не выспалась совершенно. Блеск освежает губы, если улыбаться, получается вообще замечательно.

Подхватываю сумочку, которую додумалась взять с собой, и выхожу из комнаты. И едва не врезаюсь в пышнотелую пожилую женщину. Симпатичную такую, улыбчивую, как весенний день. Русоволосая с серебром седины на висках, зеленоглазая, на подбородке ямочка.

На ней полосатая блузка и юбка до щиколоток, сверху фартук с котиками.

— А ты, наверное, Алисочка? — интересуется он мягким сопрано. — Архип предупредил, что у него теперь девочка.

— Д… да, — киваю я, немного теряясь. — А кто вы?

— Зови меня Ирина Олеговна, я домработница. Спешишь, да? Ну пошли, завтрак на столе.

Я несколько медлю, но Ирина Олеговна берет меня за руку и ведет вниз. Он ничего не говорил о домработнице. С другой стороны… если для него это обыденное дело, то почему должен говорить? Это для меня домработница что-то из рода фантастики.

— А когда он это сказал? — осторожно спрашиваю я, когда мы уже приходим на кухню.

Аромат стоит такой, что можно захлебнуться слюной. Если не ошибаюсь, оладьи. Ого, во сколько же встала эта милая женщина?

— Сегодня утром, — охотно отвечает она. — Встал рано-рано, бегом перекусил и умчался. У них работа вечно так. И он, и Демьян — его старший брат, так вечно. Все с головой в работе, ни на что вокруг не смотрят. Я даже удивлена, что Архип встретил такую хорошую девочку, как ты.

— А были не хорошие? — ляпнула я и тут же прикусила язык.

Вот чего я? Не могла промолчать? Вечно так! Нет чтобы держать себя в руках и не нарываться. Ведь я понятия не имею, что в голове у этой милейшей Ирины Олеговны. Да и со стороны это как-то странно выглядит, будто мне очень интересна информация о бывших Архипа.

Конечно, немного интересна, не спорю. Но на самом деле предпочитаю думать о настоящем, а не о прошлом. Иначе можно так навеки остаться и никуда не сдвинуться. А это чревато проблемами, скандалами и ссорами. Кому это нужно?

Параллельно усаживаюсь, передо мной тут же возникает тарелка с золотистыми свежайшими оладушками, рядом с которыми креманки с вареньем и сметаной.

Так, есть риск, что если так будут постоянно кормить, то Архипу придется вход в мою комнату увеличивать.

— Были… — Ирина Олеговна вздыхает. — Ой, деточка, разные были. Долго не задерживались. Потому что только и думали, как запустить Архипу руку в карман. Они-то с Демьяном заработали состояние. Да и Пелагея… А тут… — Она машет рукой, сердито и одновременно забавно.