Джереми, попытавшийся слезами выжать из отца разрешение на одиночную прогулку в лес, задумался…

Мальчишек Генри любил подчеркнуто одинаково. Для него это было важно. Я уже знала, что именно вынесло его из уютного замка Эдвенч в большую жизнь, и прекрасно понимала, почему для него так необходимо равенство между сыновьями.

Да, Эдвард – наследник имени и рода, но и младший не будет обделен. Сейчас муж активно собирал деньги на расширение владений. Старшему перейдут наследные майоратные земли, младшему же отец соберет небольшое лордство сам."

"Начинаться оно будет недалеко от этих земель. И первым селением для Джереми стала бывшая вдовья доля мадам Аделаиды. Дом давно восстановлен, а я не устаю радоваться предусмотрительности и хозяйственности мужа. Сейчас село это приносит отличный доход, как и маленькая деревушка рядом, купленная как раз к рождению младшего.

Сперва такое решение вызвало у меня неприятие:

-- Генри, не лучше ли назначить село матери в приданое леди Миранде? Мне кажется, так будет правильнее.

-- Нет.

-- Но почему?

-- Мы не знаем, где сейчас эта женщина.

-- Какая нам разница, Генри?!

-- Она могла выйти замуж.

-- И что?!

Генри вздохнул и пояснил:

-- Элиз, она могла выйти замуж за высокопоставленного придворного или чиновника. Кто знает, где и как ее мотает жизнь. Она может вернуться и в суде попытаться оспорить право на эту землю. Мадам Аделаида, если ты вспомнишь, не отличалась порядочностью.

-- Но точно так же она может оспорить эту землю и у Джереми.

-- Нет. К тому времени Джереми будет объявлен лордом земель. А вот Миранде закон такой защиты не предоставит. Так что ее приданое – золото.

-- Понятно… -- протянула я.

За эти годы расположение графини Гернерской к моей семье только упрочилось. Граф, сейчас уже молодой и сильный мужчина, три года назад официально принявший под свою руку графство, к матери относился весьма трепетно, это было известно всем. Он по-прежнему был холост и это меня слегка напрягало…

Бывал он в наших землях всего два раза. Несколько раз мы с мужем и детьми ездили по приглашению графини на Рождество в Гернер. Леди Миранда за эти годы изрядно подросла, и я видела прошлой зимой, какие взгляды девочка кидает на молодого красавца.

Сейчас малышке исполнилось уже семнадцать лет, но пока еще она даже не просватана: я уговорила мужа не торопиться. Год назад барон Эргонский приезжал с предложением брачного союза, но Миранда с детства терпеть не могла рыхлого отпрыска этой семейки. Потому, хотя Генри и считал брак выгодным для девочки, настаивать он не стал.

Мы сидели вечером в его кабинете и чаевничали, как в старые добрые времена.

-- Элиз, пойми, я не хотел бы девочке такой судьбы. Граф умен и порядочен, но чем ближе к власти, тем тяжелее жизнь.