После нападения на военный лагерь Биргера в округе стало неспокойно. Замелькали на горизонте незнакомые всадники на подступах к городу. Мои доносчики передали, что поляки в округе вынюхивают обо мне всё. В общем, Биргер заинтересовался. И, похоже, понял, откуда ноги растут в дерзком нападении. Хотя… пусть ещё докажет, что это был я. Под угрозой, что голову сниму, я Гойника предупредил, чтоб не болтали.

Польские шпионы в моём городе имеются, к сожалению, этого исключать нельзя. И пора бы создавать уже скрытую полицию из самых верных и хитрых. Как ни прискорбно, на эту роль пока подходит сам Гойник. В общем, стоит подумать. Ну а пока готовиться, располагая определёнными силами и средствами.

Бедные поляки, сколько они собирали это золото с русских земель? И как просели по подготовке армии? Учитывая, что мне на пятьсот человек дружины надо сто монет в месяц. При грубом расчёте за три тысячи можно нанять семь с половиной тысяч солдат на полгода. Ну или вдвое меньше на год. Не хило. А ещё печально.

Нужно смотреть правде в глаза — я у них, что кость в горле. И первый удар приму на себя. На свой город. Вторая причина, не оставляющая сомнений — это интересы польского короля к моей земле. Они с этим Зерном жизни с ума посходили. Осознавая опасность, понимаю, что замок мне нужен ещё больше, чем я предполагал. Там и мирных людей укрыть можно будет при необходимости. Как же не хочется, чтобы эта необходимость была!

Но война грядёт, критическая масса накапливается. Я это чую. Я это вижу. Наполеон Банапарт сказал, если не хочешь кормить свою армию, будешь чужую. Ясное дело, лучше свою.

Ульяновская рать прибыла очень даже кстати. Староста собрал бойцов раньше назначенного срока. Пятьсот пятьдесят пять ратников прибыли в город через восточные ворота огромной колонной с большим количеством телег, на которых их имущество и семьи. Сто двадцать пять конников, столько же лучников, а остальные — это копейщики в металлической броне и со щитами. Вот это уже смотрится мощно! Две телеги стрел под завязку — тоже меня порадовали.

Всех попросили сразу на площадь заехать вместе с гражданскими. Весь мой гарнизон выстроился с противоположной стороны, местный люд подтянулся любопытный, пока доезжали телеги и дотягивались хвосты.

Всё это шествие возглавил новый для меня человек, которому доверял ульяновский староста, как себе. Бумагу гонец от старосты передал мне ещё вчера. Там и данные по семьям, которые я тут же передал Иллариону, чтоб тот готовил жильё. Двести шестнадцать семей, вот это да! Не считая ратников, почти тысяча человек."

"И всю эту ораву привёл новый витязь Никита, темноволосый мощный и высокий дядька лет тридцати пяти в кольчуге и броне серой в пупырышку с трёхметровым копьём и горящими дикостью карими глазами.