Таня решила возобновить воспитательный процесс:

– Варвара, возьми вилку в левую руку, а нож в правую.

– Мне удобней есть пюре без ножа, – откликнулась девочка.

– Речь идет не о твоем удобстве, а о правилах поведения за столом, – отрезала мать.

Варя окинула Татьяну холодным взором и сообщила:

– Вот ты их и соблюдай! Нечего мне при всех замечания делать. Кстати, я не виновата, что у тебя опять голова болит. А есть стану так, как хочу, и ничего ты не сделаешь. Гляди!

Она отложила вилку, сунула указательный палец в пюре и принялась со смаком облизывать его, громко причмокивая.

Татьяна онемела. Маруська громко захохотала.

– Марья! – крикнули мы хором.

– А чего? – вновь занудила девочка. – Просто смешно.

– Хватит! – рявкнула Ольга. – Есть более серьезные темы для разговора, чем детские шалости. Следует решить, какую черепицу покупать для крыши.

– Да, – явно обрадовался новой теме Кеша, – какую?

– Ее сто видов, – принялась рассказывать Зайка, – но мне показались подходящими только два. Один называется «Египетская», двадцать два сантиметра шириной и двадцать семь рублей стоимостью.

– На всю крышу за двадцать семь рублей? – изумилась я.

– Повторяю для тех, кто не понял, – железным голосом отчеканила невестка. – Двадцать два сантиметра шириной! И двадцать семь рублей за штуку! Одной черепичинки хватит лишь на домик для жабы Эльвиры, нам надо намного больше.

Я согласно кивнула. Вот теперь, когда подробно объяснили, стало ясно."

"– Другая разновидность носит имя «Клеопатра», – продолжала Ольга, – двадцать семь сантиметров ширина и двадцать два рубля цена.

– Постой, постой, – опять не врубилась я, – они что, одинаковые?

Зайка, не мигая, уставилась на меня безупречно подкрашенными карими глазами.

– Мать! – возмутился Аркадий. – Кончай ваньку валять.

– Никого не валяю, просто удивляюсь.

– Они разные, – принялся пояснять сын, – «Египетская» – двадцать два сантиметра шириной, а ее цена – двадцать семь рублей, а «Клеопатра» двадцать семь в ширину, зато стоит двадцать два! Усекла?

Уж не знаю, что будет с крышей для ложкинского дома, но моя начала потихоньку съезжать.

– Возьмем по двадцать семь!

– По двадцать семь чего? – осведомилась Зайка. – Сантиметров или рублей?

– Рублей, – сказала я.

– Сантиметров! – одновременно выкрикнула Маня.

– Хватит! – разъярилась Зайка.

– Надо написать на бумажках названия и сунуть в шапку, – предложила Варя.

– Ты гениальна! – воскликнула Зайка.

Минут через десять, предварительно слегка поспорив, кто будет тянуть жребий, и решив предоставить торжественную миссию Тане, мы сунули хозяйке под нос бежевую шапочку с помпоном.

Таня вытащила записочку и оповестила:

– «Клеопатра».