– Ты ведь и впрямь малышка. Такая наивная и, кажется, чистая. Сколько тебе лет? Ты хоть совершеннолетняя?

Отрицательно мотаю головой. Лучше не говорить, что мне девятнадцать.

– Сколько? Семнадцать есть хотя бы?

Киваю.

– То есть ты несовершеннолетняя малявка, которую мама с папой отправили учиться в Академию? А они тебя не предупреждали, чтобы ты не шлялась по злачным местам? Что молчишь? Язык проглотила?

– Я не знала, – тихо отвечаю я.

Меня трясёт, и я не понимаю, как себя вести, чтобы не спровоцировать этого жуткого типа. Вдруг он и правда меня отпустит?

– Чего не знала? Что по вечерам порт и все окрестности становятся злачным местом?

Говоря это, мужчина одним движением стягивает с себя рубашку. И я вжимаюсь в стену.

Он замечает моё движение:

– Не бойся, малявка. Сейчас переоденусь и выведу тебя.

– Я могу с-сама, – почему-то шёпотом говорю я, скользя глазами по рельефным грудным мышцам, по чётким кубикам пресса мужчины.

Я не впервые вижу мужчин, обнажённых выше пояса, у меня отец и четыре братика, и они часто предпочитают тренироваться в свободных штанах и без рубашек. И у всех у них красивые тела. Но то, которое сейчас передо мной, совершенно. А может, виноват недавний поцелуй, жаркие воспоминания о котором всё ещё бродят по венам?

Нервно сглатываю. И это явно не укрывается от внимательного взгляда мужчины. Он и впрямь напоминает огромного хищника кошачьей породы, наблюдающего за глупой мышкой. На его лице снова самодовольное выражение.

– А восемнадцать-то тебе скоро? – неожиданно спрашивает мой похититель.

– Н-не очень.

– Пригласишь на свой день рождения? Или сама ко мне заглянешь?

– Ик.

– Ладно, ладно, будем считать, что я пошутил, – ухмыляется он.

– Так, я пойду? – тянусь к ручке двери.

– Не откроется. Магический замок, настроенный только на меня. Не торопись, я сам тебя выведу. Без меня мимо моих парней не пройдёшь."

"Смотрю на него с тоской. Похоже, этот хищник всё-таки играет со мной. Никуда он меня не отпустит.

Мужчина тоже смотрит, но не так, как раньше, а скорее задумчиво и не на меня, а сквозь. А потом заявляет:

– Уже сумерки. Через полчаса совсем стемнеет. Ты не дойдёшь до своей Академии.

– Я отлично знаю дорогу.

– И не боишься оказаться на невольничьем рынке?

– Где? – машинально спрашиваю я. – Хотя сразу же понимаю, о чём он. Уже успела наслушаться страшных историй о девушках, украденных и проданных.

– Поэтому оставайся лучше со мной, – мягко продолжает мужчина и делает шаг ко мне. Его полуобнажённое тело очень близко. От него исходит запах моря, нагретого корабельного дерева, просмоленных канатов и южных специй. Особенно ярка нота чёрного перца. Запах странствий, из-за которого я покинула тайком родительский дом.