Ещё немного… Ещё…

О…

О!

А!!!

Лавиной накрыло высшее наслаждение, закрутило смерчем, окунуло с головой. Судороги сотрясали тело, стоны рвались из горла, в ушах звон…

Как хорошо!!!

— Надеюсь, эта ночь принесёт плоды, — с трудом восстанавливая дыхание, пробормотал Ардарский. — Марку и Максиму уже шесть, совсем самостоятельные. Я скучаю по малышам. Так хочется снова подержать на руках молочных волчат!

— Разочарую тебя — эта ночь, — выделила Стеша голосом, — плодов не принесёт. В том смысле, который ты подразумеваешь.

— Жаль, — заметно огорчился Борис. — Видимо, я недостаточно тебя люблю, раз ты никак не решишься подарить мне новых щенков. Исправлюсь, обещаю!

— Ты ни при чём. Вернее, очень даже при чём, просто это случилось почти четыре месяца назад, — хитро прищурившись, произнесла Стефания.

— Что? — на мгновение опешил Борис, а потом наклонился над женой, внимательно всматриваясь в её глаза. — Ты уверена?

— Дея уверена, — улыбнулась Стеша. — Пятнадцать недель. И девочка, как ты и мечтал.

— Одна? — уточнил альфа и, увидев, как неуловимо изменилось выражение глаз Стеши, торопливо поправился. — И хорошо, что одна, с двойней тебе было непросто. Ничего, подрастёт дочка, смастерим ещё одну. Мать-Волчица, у нас будет дочка!!!

— Надеюсь, ты не начнёшь с меня пылинки сдувать, как в прошлую беременность? Мне не нужны тепличные условия, и заворачивать меня в вату тоже не требуется. А хороший секс будущей маме и ребёнку только на пользу, учти это.

— Учту. Понял уже, что излишне перестраховывался. Но теперь все твои наряды на выход я буду одобрять лично. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы наши дети остались без отца — я ведь долго так не выдержу. На тебя сегодня все смотрели! Все самцы!

— Ну и пусть смотрят и молча завидуют — люблю-то я тебя, — облегчённо рассмеялась Стефания.

Про беременность она узнала неделю назад и с трудом уговорила Дею не рассказывать новость Соло.

— Устроим сюрприз папаше. Но сначала стребуем с него те проценты от супружеского долга, что он нам задолжал. А то услышит про щенка и примется втройне осторожничать.

Тело приятно ныло, отголоски полученного удовольствия гуляли по закоулкам организма, настраивая волчицу на умиротворённый лад.

— Любовь моя! Моё сокровище, моя жизнь! — покрывая лицо жены благодарными поцелуями, бормотал Борис.

— Первое, второе и компот, — улыбнулась Стефания. — А на десерт что?

— На десерт у нас счастье!"