Далее вызывается вооружённый курьер, который и доставляет запертый ящик в конкретный кабинет, где его — уже своим ключом — вскрывает старший по данному кабинету. Разумеется, всё это фиксируется в специальном журнале. После изучения, объект исследования, вместе с актом экспертизы, убирается в специальный матерчатый, прошитый проволокой, мешок, который опечатывается личной печатью ювелира, производившего исследование. И обратным порядком доставляется в хранилище.

— То есть охрана практически всегда контролирует любое перемещение кого бы то ни было по дому?

— И по всей территории объекта.

— Сколько всего охранников?

— Десять человек солдат, старшина — командир отделения — и дежурный офицер, который отвечает за объект. Когда приезжают ювелиры, прибавляется ещё шестеро — водитель автобуса и пятеро сотрудников, которые отвечают за безопасность специалистов в пути.

Гальченко прищурился.

— Это одни и те же люди?

— Водители и охрана периодически меняются. Охрану объекта несут солдаты из отдельной роты внутренних войск. Они специально прибыли сюда на период проведения операции. Сопровождают автобус военнослужащие комендантской роты. Оттуда же и водитель. Да и сам автобус…

— Как происходит смена караула?

— Ежедневно в восемь часов утра. Машина привозит дежурную смену, офицер называет пароль, дежурный по объекту докладывает по телефону в город. И только после подтверждения пароля дежурным по горотделу МГБ охрана открывает ворота.

Гальченко возбуждённо приподнялся с места и зашагал по помещению. Фомин с интересом следил за ним, недоумевая, — какая такая муха укусила собеседника? Внезапно Проводник остановился и улыбнулся.

— Вот оно, значит, как… Угу! Кстати, а обещанные документы по всем этим жуликам вы принесли?

— Ну, тут не так много… Но кое-что накопать нам всё же удалось!

— Давайте!

Проводник принял из рук замначальника папку и опустился на место.

— Фонарик у вас есть?

Щелкнул выключатель, и желтоватый круг света лег на листы бумаги.

— Так… И что же у нас тут такое есть… Бакинский… Ну, с ним-то мне всё и так ясно. А это у нас кто? Красавец? Так…

Зашуршали переворачиваемые листы.

— А это тут кто такой? — Гальченко перевернул фотографию. — Колпачный Павел Семёнович, кличка ""Копчёный"". Вот как он, оказывается, раньше выглядел! И впрямь — Копчёный!

— Он из Узбекистана.

— Ну-ну… там, стало быть, и потемнел в своё время…

Гальченко закрыл папку и протянул её Фомину.

— Вот что я вам скажу… Вы, пожалуй, достаньте-ка блокнот да и запишите всё, что я вам сейчас буду говорить, самым тщательным образом.