Праздник, посвящённый дню молодёжи, обернулся кровавой жатвой. И это было началом конца.Цивилизация рухнула быстрее, чем мы успели что-либо понять. И вот вчерашние друзья уже готовы вцепиться друг другу в глотку ради куска чёрствого хлеба. Жизнь превратилась в постоянные скитания в поисках еды и укрытия от жаждущих крови тварей.Я угодил в это дерьмо обычным слесарем, но выжить здесь можно, только став мясником.

Старенький «мерс» сто двадцать четвёртой серии мерно тарахтел дизельным двигателем. Я сидел за баранкой, держа на ней обе руки. Сейчас главное — не дёргаться и спокойно миновать КПП, потому как в моём багажнике покоится расчленённое тело, бережно упакованное в несколько мусорных мешков.

— Кто такой? — посветив мне фонариком в лицо, поинтересовался привратник.

Двое других стояли за его спиной, направив оружие в мою сторону. Позы расслабленные, но я-то знал: стоит только дёрнуться, как из меня сделают решето.

— Человек, — буркнул в ответ я.

— Так что же ты, человек, в такое время по улицам колесишь? — усмехнулся охранник.

— Думал, до заката успею, — пожал плечами я.

— Не успел, — хмыкнул мужик в камуфляже за его спиной.

— К нам с какой целью? — поинтересовался привратник.

— Купец, стало быть? — растянул губы в улыбке он. — А где же тогда товар прячешь?

— На разведку приехал, — продолжил я выдавать заученную заранее легенду. — Слыхал, вы здесь мукомольный запустили.

— Есть такое дело, — самодовольно кивнул он. — А звать-то тебя как?

— Брак, — ответил я.

— Странное погоняло, — опять прицепился он. — Хорошее дело браком не назовут.

— Слушай, командир, — поморщился я. — Ты меня что, из-за нелепой погремухи мурыжить будешь? Я весь день за баранкой, колесо ещё это, чёрти его задери. Устал как собака, ей-богу не до разборок.

— Ладно, не гунди, — усмехнулся он. — На вот, подержи малёсь.

Привратник сунул мне в ладонь серебряную плюху. Я без проблем принял её и даже пальцы сжимать не стал, показывая, что этот благородный металл не причиняет мне никакого вреда. Привратник, убедившись, что я и в самом деле человек, как-то сразу расслабился. Мужики за его спиной даже стволы опустили.

— Я думал, в «крепы» сейчас всех без разбора пускают? — произнёс я, возвращая плюху обратно.

— Это для проформы, — отмахнулся он. — Всех изменённых теперь под строгий учёт брать принято, будь они неладны!

— И много у вас таких?

— Да штук с двадцать будет.

— Не боитесь с людоедами под одной крышей жить?

— Ой, молчи, — вздохнул он. — Вот такие нынче времена. Ладно, ты езжай, токма в юго-западный район не суйся. Мы их там селим, чтоб подальше от людей.

— Эт правильно, — ухмыльнулся я и, врубив первую передачу, тронул машину с места.

Проехав чуть дальше по улице, свернул вправо, к стене. Где-то здесь должна располагаться котельная.