— Учебник по боевой магии можешь оставить до конца года, а трактат надо сдать в течение недели. Остальные книги, если не нужны, возврати.

Перо противно скрипит по бумаге.

— Понятно. — Кивнув и подхватив книги, разворачиваюсь. Но после пары шагов возвращаюсь к стойке. — Мм, вы случайно к принцу-соректору в кабинет не собираетесь? Может, бывали там?

Нет, — возмущается миссис Бобине. — Моя служба безупречна, ни у ректора, ни у соректора нет необходимости меня вызывать.

— Возможно, в связи с пропажей вы бы хотели обратиться к принцу?

Миссис Бобине выпучивает покрасневшие глаза, губы её дёргаются:

— Как я могу побеспокоить из-за такой беды принца, дракона? Это немыслимо! У вас в непризнанном мире что, нет понятий о субординации?

— Есть.

А вот драконов нет. До свидания. — Поджав губы, решительно направляюсь к выходу.

Лёгкое раздражение проходит почти мгновенно: можно понять переживания пожилого человека. Мой дедуля тоже огорчился бы, потеряйся у него именной подарок. Правда, из-за проблем с памятью он бы скоро это забыл, но сначала точно переживал бы.

Жаль, Арендара нет: обсудить бы вопрос с ним, попросить повлиять на брата.

Но когда Арендар снова появится в академии — неизвестно, а миссис Бобине переживает. Более того, она считает, что вор — студент. Думает, что любой из нас может оказаться тем самым. От подобных мыслей чувствуешь себя беззащитной, уязвимой.

Я отлично это понимаю, ведь среди студентов прячутся те, кто чуть меня не убил, хоть и стараюсь выбросить это из головы, отгородиться, сосредоточится на другом.

Например, на пере миссис Бобине. Можно ведь спросить о нём. И не обязательно у Элоранарра, можно у его секретаря.

Лишь намекнуть, что надо бы вернуть ценную вещь. Секретарь наверняка в курсе пристрастий начальника.

По пути в общежитие я продолжаю мусолить эту мысль и в итоге сворачиваю к административному зданию.

Может, я об этом пожалею, но если ничего не сделаю, точно буду жалеть. К тому же Элоранарр вроде заинтересован в моих отношениях с Арендаром, поэтому вряд ли обидит, возможно, даже согласится вернуть перо миссис Бобине.

Ободрённая этой мыслью, миную распахнутые гвардейцами двери. По прошлому визиту помня местоположение кабинета соректора, добираюсь до него без помощи информационного кристалла академии.

У входа никто не дежурит, я бодро стучу, а на сердце всё тревожнее. Пушинка высовывается из сумки и принюхивается.

Никто не отзывается и на второй стук.

Оборачиваюсь к гвардейцам:

— Вы не против, если я зайду?

— Мы просто вас охраняем, — отвечает левый.

Значит, можно. И у меня два свидетеля, которые подтвердят моё намерение просто полюбоваться коллекцией старшего принца.