— Халэнн, какая Бездна тут… — начинает Элоранарр и продолжает совсем другим тоном: — Действительно Бездна. Лер, знаешь, я начинаю понимать желание Аренчика запрятать тебя в самую глубокую сокровищницу.

Халэнн меня отпускает, и я успеваю заметить, как Элоранарр прокусывает палец и сбрызгивает свою кровь на мостовую. В руке у него глефа: полтора метра окованного золотом и оплетённого магическими печатями древка с шаром противовеса с одной стороны и полуметровым расширяющимся лезвием с оттопыренным шипом на другой.

Рёв вестника Бездны заглушает рык возникшего на брызгах крови золотого пламени.

Оно опадает, выставляя напоказ Линарэна в тёмных гогглах, переливающего что-то из реторты в колбу. К вестнику он стоит спиной, резко оборачивается.

— Подходит, — лаконично объявляет Линарэн и вновь исчезает в языках пламени.

— Халэнн, отпугивающее заклинание. — Выступивший вперёд Элоранарр поднимает глефу, на зеркальном лезвии вспыхивают золотые символы. — Если что, вестника придержу.

С ладони Халэнн срывается лиловая магическая печать, взлетает над площадью, увеличиваясь. Лопается, рассыпая фиолетовые искры.

Оцепеневшие от ужаса прохожие, лошади — все в едином молчаливом порыве разбегаются по прилегающим улицам. Через несколько мгновений возле банка остаёмся только я, надувшаяся Пушинка, охранники, Халэнн и Элоранарр.

По обнажившемуся от мраморных плит кирпичному фасаду простреливает широкая трещина. Кусок стены с грохотом обваливается на клешню, ступени, мостовую… Сквозь дыру сочится тьма, колышется, утекает в небо чёрной дымкой. Клубы тьмы стелятся по земле.

— Там в банке люди, — сипло выдыхаю я. — Служащие, клиенты.

Вы что, не будете их спасать?"

"Элоранарр хмур, на заострившемся лице мечутся отсветы лезвия, а взгляд лишь на мгновение обращается ко мне, но этого достаточно, чтобы заметить, как расширяющиеся зрачки давят свет радужек. Элоранарр отворачивается слишком резко, и это настораживает больше, чем его сдобренные шутками приставания.

— Если я полезу в драку… — начинает Элоранарр.

— Император запретил, пока не восстановишься, — чеканит Халэнн.

— …то мы разнесём весь банк и близлежащие дома. У тех, кто остался внутри, одна надежда выжить: сидеть тихо и молиться всем богам, духам и покровителям, чтобы здание устояло.

И что бы там не оказались мелкие вестники.

Он прав, но… так хочется помочь.

В шуме хлопков и рёве пламени на площади появляется дюжина мужчин в тёмных костюмах, гогглах и с кристаллами размером с баскетбольные мячи в руках. За ними ещё две дюжины и Линарэн с огромной пушкой (неведомый прибор с трубой более всего похож именно на пушку) на плече. Элоранарр убирает глефу за спину.

— Занять позиции! — Спокойно командует Линарэн.