– Так значит, Баллорд мой кровный родственник? – лэр потряс головой. – Не могу в это поверить… Откуда?

– Ходили слухи, что старый Дуган прижил ребенка от одной из рабынь, – тихо пробормотал Рикван. – Может, Баллорд это он и есть?

– И каким же образом? – уставились на него остальные. – Всем известно, рабыням запрещено рожать. Плод изгоняют!

– Видно не в этот раз, – Рик почесал затылок, глядя на ошарашенных данганаров. – Беременная рабыня исчезла. Может, сбежала, а может, Дуган сам ее спрятал. А спустя десять лет появился Родрик, и старый лэр назначил его своим оруженосцем. Моя мать в то время работала в Эонаре и брала меня с собой. Я слышал, как она шепталась на кухне с подругами, но не обращал внимания на бабские сплетни. Видимо, зря…

– Это, действительно, может быть правдой… – подтвердил Дарвейн бесцветным голосом. – Сначала он был оруженосцем при моем деде, потом, когда мать вышла замуж, переехал вместе с ней в Эрг-Нерай. И мой отец сделал его своей правой рукой, комендантом. Он ему доверял больше всего…

Неожиданно что-то в его лице изменилось. Он шагнул к пленнику и заставил того поднять голову.

– А мой отец? – глухо произнес он, глядя в глаза убийце. – Смерть моего отца тоже была его рук делом?

– Откуда мне знать? Это все, что я знаю…

Прикрыв глаза, лэр отступил.

– Нам нужно найти Баллорда, – он обвел товарищей твердым взглядом, поочередно вглядываясь каждому из них в глаза. – Только он может сказать всю правду.

– А если не захочет? – хмыкнул Берр.

– Я найду способ его заставить, – процедил Дарвейн и сжал кулаки."

"– А с этим что делать? – Рикван кивнул на пленника.

– Я обещал ему жизнь.

– Обещал, – подала голос Эсмиль, и только теперь все вспомнили, что девушка тоже находится здесь. Она спрыгнула со стола и добавила: – Но не обещал, что она останется полноценной.

На ее лице не дрогнул ни единый мускул, пока она шла к своему насильнику, и данганары растерянно отступали перед ней.

– Что ты имеешь в виду? – Дарвейн, как и все, был поражен тем отсутствующим выражением, которое, будто деревянная маска, скрывала все ее эмоции от чужих глаз.

Она не ответила. Встала напротив пленника и усмехнулась. Тонкая усмешка, полная тайного обещания, скользнула по ее губам, и Бран невольно сглотнул. Ему показалось, будто в глазах девушки мелькнул огонь сумасшествия.

Девка, которую он еще несколько часов назад имел с большим удовольствием в разных позах, сейчас стояла напротив него, и на ее лице блуждала такая улыбка, от которой опытного убийцу пробрала холодная дрожь. Данганары ей не мешали, они просто молча следили, а Эсмиль, оказавшись со своим обидчиком один на один, хотела лишь одного – мести. Кровавой и жестокой.