…Будто это не они стояли сейчас в старой пыточной. Будто это не мимо них данганары тащили по полу изувеченное тело. Будто это не им пришлось пережить нападение, насилие, смерть…

Эсмиль обхватила его за шею, прижалась, ощущая всем телом, как в груди лэра заходится сердце. И понимание окатило ее горячей волной. Он нужен ей. Нужен больше всего на свете.

– Люблю… тебя, – выдохнула она между двумя поцелуями, и он, застонав, стиснул ее сильнее.

Глава 27

Им предстояло разделиться. Дарвейн понимал, что четверо данганаров против неведомого врага, засевшего в замке – слишком неравные силы. Если это, действительно, дело рук Баллорда, то за его спиной может стоять весь гарнизон крепости Эрг-Нерай. Единственный выход – открыто объявить, что настоящий лэр жив и вернулся. Только тогда есть шанс на победу.

– Вир, бери остальных и дуйте в донжон. Бейте в набат, пока вас не услышат, и скажите всем, что истинный лэр Эрг-Нерай вернулся домой, – сказал он товарищу.

– Мы не добежим. Нас расстреляют на площади.

– Нет, – Дарвейн усмехнулся, – не в этот раз."

"Они стояли в тюремном коридоре, как раз рядом с лестницей, ведущей наверх. Но Дарвейн не стал по ней подниматься. Вместо этого он повернул медный держатель для факела, торчавший в стене, и часть каменной кладки тихо ушла в темноту, открывая проход.

– Смотри, этот путь пролегает через всю площадь, – торопливо заговорил он, – от главных ворот до северной башни. Держитесь правой стороны, нигде не сворачивайте. Отсчитаешь пять поворотов – шестой будет ваш. Осмотришь внимательно стену сразу, как повернете. Она из красного кирпича, но один из них отличается. Это ключ. Выйдете прямо на лестницу, а по ней уже вверх до самой колокольни. Только будьте внимательны. Баллорд мог усилить охрану. Не привлекайте к себе внимание раньше времени. Помни, от вас зависит будущее всего клана!

– Слушаюсь, Ваша Милость, – Вирстин кивнул. – Парни, за мной!

Трое данганаров нырнули в темноту подземного хода, и каменная стена замкнулась, закрывая проем.

– А мы? – Эсмиль подняла на Дарвейна огромные голубые глаза, в которых светилась тревога. – Что делать нам?

– Тебе – ничего, – он обнял ее за плечи и притянул поближе к себе. – Ты уже достаточно пострадала. Даже не знаю, сможешь ли ты…

– Ш-ш-ш-ш, – она закрыла ему рот своей теплой ладошкой, – не надо…

Он шумно вздохнул, и девушка почувствовала, как его руки еще сильнее сжали ее плечи.

– Ты права… не сейчас. Идем.

Она не успела возмутиться, как уже оказалась у него на руках. Сейчас он думал только про ее безопасность. Защитить, укрыть, спрятать. Чтобы уже никто не смог ей навредить. Он гнал от себя мысли о том, что случилось. Не хотел думать, что эти твари сделали с ней, и вместе с тем понимал, что вряд ли бы ей удалось избежать насилия.