То ли попытаться уйти и посмотреть, как гостеприимный хозяин будет меня останавливать.

— Ты что-то бледная, — участливо поинтересовался он, — устала?

— Очень, — вяло улыбнулась я, — просто сил нет, как спать хочу. Пожалуй пойду.

— Лил…

— Нет-нет, пойду. К отцу твоему приду завтра, — оставила от себя пустую кружку и поднялась с дивана.

Юждин тоже вскочил:

— Зачем же так торопиться. Он сейчас освободится и примет тебя…

— Всего хорошего.

Я прошла мимо него, внутренне готовясь к тому, что схватит.

И он схватил. Не сразу, а спустя пяток шагов с хриплым ультиматумом:

— Никуда ты не пойдешь.

Это было ожидаемо. Но вот к чему я точно оказалась не готова, так это к тому, что в ответ на его прикосновение у меня внутри полыхнет диким жаром. Смесью вожделения и безумия. Несмотря на то, что Юджина я искренне презирала и считала никчемным, мое тело взорвалось неудержимым желанием

Кажется, в этом чае было что-то.

Глава 34

Это был не яд и не алкоголь. Что-то другое, похожее на аюм-траву, которую жрицы в Красном Храме использовали для провала за грань и безумных оргий во имя плодородия.

Оно не поддавалось, не желало уходить из крови, дурманило мозг рождая больную страсть.

— В чем дело, Лил? — Юджин, насмешливо улыбаясь, следил за тем, как у меня сорвалось дыхание. — Все еще хочешь уйти?

— Да, — развернувшись, словно в тумане побрела к двери. Искала нити, за которые можно стянуть дурман, но они быль столь скользкими и прозрачными, что не ухватить, — Я хочу уйти.

Мне бы песка.

— Так быстро? Не торопись, — на талию легли чужие, неприятные ладони. Я дернулась, пытаясь их скинуть, но лишь еще сильнее задохнулась от накативших эмоций.

И без того слабые ноги, затряслись, подкосились, и я рухнула в объятия Юджина, как какая-нибудь томная дева. А он и рад, потащил меня обратно к дивану. — Мы тобой еще не закончили. Вернее даже не начинали.

Хотелось уничтожить его, размазать по полу, но не могла. Вместо этого тело свело от непреодолимого желания. Оно хотело здесь и сейчас, и неважно кого. Одурманенный разум не мог справиться с тем, что рвалось наружу. Лишь где-то на задворках слабо теплилось воспоминание о какой-то ленточке, но что это за ленточка…

Юджин не мешкал. Сразу начал развязывать шнуровку на груди, жадными поцелуями покрывая шею и плечи, во сто крат усиливая похоть и без того кипящую в крови, и оттолкнуть его не было сил.

Мозг кричал «нет», а тело вопило «да». Адский разлад.

С этим безумием мне не справиться. Поэтому сделала единственное возможное в такой ситуации, расслабилась. Потянулась к нему, подставляя губы для поцелуя.

— Что, попалась? — прохрипел он, еле сдерживаясь.

Я надеялась, что ОН это почувствует. Не Юджин. А тот, кто безжалостно лишил меня крыльев.