И только сейчас начинаю понимать, что они мне напоминают тех самых рабочих, что приколачивали вывеску на въездную арку. Так это — люди Ариона?!

Фон Ляхтен пытается незаметно выскользнуть из беседки, но его тут же перехватывают.

— Не спешите, нор фон Ляхтен. Ваш дом в Валероне все равно в настоящий момент как раз обыскивают и с пристрастием изучают все ваши документы, — добавляет Тарден, кивая своим людям.

— Но уже за один подлог и принуждение, — вступает в разговор господин Эндор, вы попадаете под санкционный суд нотариального совета. — Я не ожидал, что в Валероне проблема не только с продажными врачами, но и с нотариусом.

— Вы не представляете, сколько там еще проблем, — чуть слышно произносит Арион.

Я наблюдаю, как мачеху и нотариуса уводят, и только сейчас позволяю себе выдохнуть. Августа оборачивается и бросает на меня полный ненависти взгляд:

— Ты... ты всё это подстроила! Но как? Ты же пила мои капли!

Я улыбаюсь:

— Возможно, дурочка Адалия на самом деле не такая уж и глупая?

Её крик ярости эхом разносится по саду, распугивая ночных птиц. А я думаю о том, что теперь, наконец, смогу управлять поместьем без оглядки на ""заботливую"" мачеху.

Из притихшей толпы доносится громкий всхлип. Эренция, дрожа всем телом, от потрясения. Я понятия не имею, насколько она была в курсе всех дел мачехи, и как она теперь будет жить.

Арион кивает Варду, и тот уводит сводную сестру Адалии в особняк.

— Прошу прощения, господа, — я поворачиваюсь к гостям. — Надеюсь, этот неловкий момент не испортил вам вечер окончательно? В любом случае предлагаю вам пройти в дом и продлить вечер приятной музыкой, нашими угощениями и изысканным вином. Я скоро к вам присоединюсь.

Рина уводит гостей к особняку. А я прислоняюсь к столбику беседки."

"Полагаю, что временно это представление всколыхнет тихий провинциальный мир и даст много поводов для обсуждения. Но в любом случае обо мне пойдет молва дальше, а прием, как ни крути, все равно будет ассоциироваться с необычными угощениями и новым ароматным маслом. Всё реклама.

Может, даже будут сочувствовать бедной сиротке, у которой хотели отобрать все, даже жизнь. Впрочем, это уже и не особо важно.

Только сейчас понимаю, насколько была напряжена и взволнована все это время. Сейчас словно резко кончается заряд и очень хочется просто пойти спать.

— Потрясающее представление, — тихо говорит Тарден, подходя ко мне. — Хотя я немного волновался, когда она достала яд. Думал, вдруг решить сразу влить в тебя

— Я тоже, — признаюсь я, когда он заключает меня в свои объятия. Но всё получилось даже лучше, чем мы планировали.

Я прислоняюсь ухом к груди Ариона, слушая, как стучит его сильное сердце, чувствуя, его горячие руки на своей спине.