Кристина и Величко, хоть и были явно напуганы, но тут же бросились выполнять мои указания.

Пока они суетились, я быстро пропальпировал живот Захаровой. Твердый, как доска, резко болезненный во всех отделах. Пульс — нитевидный, зашкаливал. Давление — стремительно падало.

Классическая картина разлитого перитонита и начинающегося септического шока. М-да, дела были хуже некуда."

"Я постоял несколько секунд, собираясь с мыслями. В голове пронесся вихрь вариантов. Пациентка умирала. Если я, будучи адептом, проведу эту операцию, это будет моя личная, несанкционированная инициатива.

Именно в этот момент у меня и родился план.

— Что… Что с ней, Илья? — Величко, подкатив каталку, испуганно смотрел то на меня, то на пациентку.

— Я же сказал, Семен, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее, хотя внутри все кипело. — У нее, скорее всего, лопнул желчный пузырь. Камни, воспаление, плюс возраст и диабет — гремучая смесь. Теперь все содержимое пузыря вылилось в брюшную полость, вызывая перитонит. Если мы не сделаем ей экстренную операцию прямо сейчас, она умрет. Срочно в операционную!

Мы вдвоем быстро переложили Антонину Павловну на каталку и помчались в сторону ближайшей свободной операционной. Каждая минута была на счету.

— Илья, я звонила в операционную! — доложила Кристина, врываясь в операционную следом за нами. — Бригада Зубова стоит на экстренной! Там политравма, привезли полчаса назад, сказали, они там надолго! Больше никого нет, Шаповалов и Киселев недоступны!

— Все понятно, — рыкнул я. — Значит, я сам.

— Ты что, с ума сошел⁈ Ты же всего лишь адепт, Илья! Да и страховка ее операцию не покрывает! — пролепетал Величко, и его круглое лицо стало еще бледнее.

— Знаю, Семен. Это экстренный случай по жизненным показаниям, — я тяжело вздохнул. — Мы должны ее оперировать!

Кристина, которая как раз заканчивала подключать капельницу с раствором, резко отстранилась от пациентки и посмотрела на меня широко раскрытыми от ужаса глазами. Она, кажется, только сейчас поняла, к чему я клоню.

— Илья, ты что, собираешься ее оперировать⁈ Сам⁈ — ее голос дрогнул. — Ты же адепт! Да что там адепт, даже Подмастерье не имеет права проводить такие операции самостоятельно! Нужно дождаться, пока кто-нибудь освободится! Мы не можем так рисковать!

Я только отмахнулся от нее. Знал, что у них будет такая реакция. Но именно она мне и нужна была.

— Кристина, сейчас не до этого. Человеку нужна помощь. Пока мы будем ждать, она умрет. Давай попробуем ее стабилизировать. Может, продержится до прихода Зубова.

Я тут же принялся за дело, Кристина — за мной. Времени на раздумья не было. Пончик растерянно топтался рядом, не зная, за что ухватиться.

— Кристина, скорость инфузии на максимум! Обе системы! Струйно! — скомандовал я.