Постепенно, исподволь, то тут, то там стали проводиться подпольные бильярдные баталии. Игра проходила исключительно на интерес, причем в качестве ставок часто были не деньги, а вещи, в прежние времена просто-таки невиданные и неслыханные. Например, продукты, или одежда, или обувь. А иногда даже – поллитровки кизилового или сливового самогона, который во многих случаях был ценнее любых денег. И во всех этих турнирах Пахомыч был непременным участником – где организатором, где консультантом, получая за услуги свою долю.

Конечно, он лелеял надежду, что когда-нибудь на каком-то турнире встретит Никиту. Встретит и спросит с него по полной программе за его давнюю подлость. И что с того, что война, а в городе немцы? Вопросы чести важнее войны и каких-то немцев. Но ни на одном из турниров Улыбка так и не появился. И кто его знает, почему? Может, он отбыл из города, может, его призвали в Красную Армию, а может, он и вовсе где-нибудь сгинул. Когда война, можно так просто сгинуть…

А вскоре Пахомыча, а вместе с ними и многих других подпольных бильярдистов арестовало гестапо. Надо сказать, что в действиях гестаповцев имелся определенный резон. Каждую ночь, несмотря на комендантский час и прочие жесткие запреты, в разных концах города собирались группы мужчин. И кто мог сказать доподлинно, для чего они собирались – для игры в бильярд или, может, игра была лишь прикрытием, а на самом деле это были подпольщики? Конечно же, гестапо проявляло к таким собраниям повышенный интерес и устраивало на подпольных бильярдистов облавы.

Во время одной из таких облав вместе с другими игроками был арестован и Пахомыч. И пропасть бы ему в лагере, а то, может, и расстреляли бы, если бы не Белый. Он-то и предложил Пахомычу выбор – сгинуть в лагере или выйти на свободу. Конечно же, Пахомыч выбрал свободу. Он был приспособленцем, у него никогда не было каких-то идеалов и убеждений, за которые он согласен был умереть. Он просто хотел жить – в любых условиях и при любой власти."

"Агентурный псевдоним Пахомыч придумал себе сам – Биток. Так назывался самый главный шар на бильярдном столе. Им в начале игры разбивалась пирамида из всех других шаров. Ну, а какую еще кличку мог для себя выбрать заядлый бильярдист Пахомыч? Это, что называется, было прозвище по существу.

Подчинялся Пахомыч-Биток Белому, а уж кто был начальником у самого Белого, о том можно было лишь догадываться. Поручения, которые Белый давал Пахомычу, не были слишком обременительными.