– Тогда – садись за стол, бери бумагу и ручку и пиши, – лениво произнес Белый и еще раз потянулся.

– Что писать? – не понял Никита.

– Подписку о сотрудничестве, что же еще? – глянул на него Белый. – Письмо своей любимой ты напишешь и без меня. Значит, я диктую, а ты пиши. Давай…

И Белый стал диктовать текст подписки. Когда дошло до прозвища, которое отныне должен был носить Никита, диктант застопорился.

– Телегу придумай себе сам, – сказал Белый.

– Какую телегу? – не понял Никита.

– Ну, прозвище…

– Улыбка, – после некоторых раздумий сказал Никита.

– Почему Улыбка? – глянул на Филиппова Белый.

– Говорят, улыбаюсь я красиво, – пояснил Никита.

– Ну, пускай будет Улыбка, – хмыкнул Белый. – Улыбайся и дальше.

Подписка была написана, Белый взял бумагу и внимательно ее прочитал."

"– Теперь ты у товарищей немцев на надежном кукане, – сказал он. – Если эта бумажка когда-нибудь попадет к большевикам…

– Где они, те большевики! – махнул рукой Никита. – Были да кончились!

– В городе они, – сказал Белый. – Называются партизанами и подпольщиками. А теперь слушай и вникай. Для начала тебе надо себя зарекомендовать. Показать немцам, а заодно и мне, какой ты есть ценный кадр. Предоставь им ценные сведения. Например, о подпольной организации. Раздобудь и преподнеси. Вот это будет дело! Немцы это любят.

– Да, вы мне это уже говорили…

– Ну, так говорю еще раз, чтобы ты получше запомнил. А теперь запомни вот еще что. Сюда не приходи. Через неделю я найду тебя сам. Явлюсь ночью к тебе домой. Один живешь или с кем-то?

– Один.

– Вот и живи один. И жди меня в гости. А теперь ступай. Эй! – свистнул Белый, и в дверь просунулась голова одного из полицаев. – Пропусти, пускай идет! Я его отпускаю!

– Наш, значит, человек? – оскалился полицай.

– Не твое дело! – огрызнулся Белый. – Выполняй команду!

– Яволь, – лениво ответил полицай.

Так Никита оказался на свободе. А очутившись на свободе, он задумался, что ему делать дальше. Теперь он был немецкий агент Улыбка, и с этим приходилось считаться. Может, ему убежать из города? Но куда? Немцы – народ дотошный, они везде найдут. Да и этот Белый сказал предельно ясно: вздумаешь обманывать – схлопочешь пулю. Нет уж, лучше не рисковать. Податься к партизанам? А подписка о сотрудничестве? Вдруг тот же Белый возьмет, да и подсунет ее подпольщикам или тем же партизанам – в отместку за то, что Никита сбежал? И что тогда? А тогда ему уготована все та же пуля, но уже от партизан или подпольщиков. Хоть так, хоть этак, а итог получается один. И что же ему делать? Остается одно – добросовестно работать на фашистов. Тем более что Белый обещал за это платить. Говорил, что даже – золотом.