Не дело, а горькие слезы! Вот, скажем, почему в нем отсутствует протокол осмотра тела? Из какого оружия застрелили Рыбакова? Сколько было выстрелов? В упор стреляли или с расстояния? Ведь это все важнейшие вопросы!

– Так ведь, – развел руками начальник милиции, – доктора-то у нас нет! Кто же будет осматривать?

– Сами бы и осмотрели, – буркнул Завьялов. – Неужели это так трудно?

– Да ведь тут такое дело, – смущенно улыбнулся подполковник. – Боится она покойников. Молодая, не привыкла еще… А у меня до всего руки не доходят.

– Кто боится? Кто молодой и не привык? – недоуменно уставился на подполковника Завьялов.

– Сотрудница, которая расследует это дело, – пояснил Ярошенко. – Совсем еще молодая…

– Ох ты ж, матушки родимые! Боится покойников! А что, других сотрудников нет?

– Другие все на фронте, – сказал подполковник. – Приходится набирать кадры по остаточному принципу.

– Плохо ищете, – недовольно произнес Завьялов. – Вот я чуть позже подкину вам людей. Прекрасные ребята, матерые, обстрелянные.

– И где же вы их найдете? – не поверил смершевцу начальник милиции.

– Считайте, что уже нашел, – сказал Завьялов. – Подпольщики. При немцах в городе действовал несколько подпольных групп. Боролись и побеждали. Так что народ надежный. Думаю, через какое-то время я вам их рекомендую. Не пожалеете.

– Вот спасибо! – обрадовался Ярошенко.

– Ладно! – махнул рукой Завьялов. – Пока что будем обходиться тем, что имеется. А потому позовите мне вашу боязливую сотрудницу. Хочу задать ей парочку уточняющих вопросов.

– Сию минуту! – сказал подполковник. Он был изрядно смущен и недовольством Завьялова, и нерасторопностью своей сотрудницы, и самим собой. Действительно, что это за следователь, который боится покойников? Поневоле придешь в смущение – и за него, и за себя.

Вскоре в кабинет робко вошла совсем молоденькая особа, почти девчонка, в штатской одежде, а за вслед нею и Ярошенко.

– Вот, – сказал подполковник, – тот самый следователь… Оксана, расскажи товарищу из СМЕРШа все, что тебе известно о деле, которое ты расследуешь.

– Хорошо, – пролепетала юная следовательница.

– Ну, совсем все не надо, – сказал Завьялов, стараясь не улыбнуться. – Просто я хотел уточнить некоторые моменты.

– Да, конечно, – тихо ответила девушка.

– Да вы садитесь, не стойте, – миролюбиво сказал Завьялов. – Я вам не начальник. Я такой же следователь, как и вы. Мы – коллеги. Ну, а коль коллеги, то, значит, должны быть на равных.

Девушка робко присела в стильное музейное кресло.

– Скажите, – начал Завьялов, – ведь это вы выезжали первой на место происшествия?

– Да, я, – ответила девушка.

– Очень хорошо. Постарайтесь вспомнить, что вы там увидели. Просто-таки все до самых мелких подробностей.