Небо опускалось все ниже и потягивалось серой пеленой, ветру дули жестче и холоднее, а цвета вокруг меркли. Из золотых и зеленых они превращались в коричневые, обещая вскоре омыть себя снежной белизной.

— Почему ты не оставил ядро себе? – неожиданно спросила Лэтэя.

Последние дни они редко говорили. Хаджар частенько пропадал вместе с пустынником за обсуждением предстоящей эскапады. А когда возвращался, частенько не заставал Лэтэю, которая либо тренировалась, либо медитировала, либо проводила время с Артеусом.

— Почему я должен был это сделать? – вопросом на вопрос ответил Хаджар.

Лэтэя потуже закуталась в толстую шаль, связанную из шерсти Парящих Зубров. Удивительных зверей северных долин Чужих Земель. Они парили над снегом, никогда не касаясь его копытами. Из их шерсти делали зимние накидки, платки, шали и все, что могло спасти адепта от холода.

Потому что здесь, на краю смертного мира, где граница с миром Духов была столь тонка, зимы могли остудить душу даже самого горячего Небесного Императора.

Удивительно насколько мало общего у стоявших на пике пути развития имелось со смертными и практикующими и, в то же время – как много.

Им так же требовалась пища, вода, тепло и родной дом, но… Но слишком много имелось этих самых “но”."

"– Таков уклад воинской чести, – стояла на своем принцесса. — воину по праву принадлежит добыча, которую он забрал своей рукой.

— Абсолютно с тобой согласен, – кивнул Хаджар.

– Тогда почему?

Он посмотрел вперед. Где-то там, около авангарда, ехал одинокий маг Артеус. Человек, сочиняющий песни о других, но достойный и сам стать героем местного эпоса и фольклора.

— Потому что не от моей руки пал этот зверь. Я лишь добил птицу, чтобы та не мучалась, а всю работу сделал Артеус. И, если бы он захотел, то вместо клетки создал бы убийственное заклинание. Так что, как ты правильно заметила, добыча принадлежит тому, кто все сделал своими руками.

Лэтэя чуть скорбно вздохнула и покачала головой.

— Иногда меня удивляет, генерал, как ты с такими ценностями и взглядами вообще умудрился разменять свой первый век.

Хаджар решил умолчать про то, что к своему излету стремился и второй. Подумать только – он бродил по землям Безымянного Мира уже почти две сотни лет…

— И то, насколько много у вас общего с Артеусом, – чуть тише добавила Лэтэя.

– Скорее всего, — не стал спорить Хаджар. - и поэтому мы вряд ли поладим.

– Мне кажется, ты вообще редко ладишь с людьми.

– Ты удивишься, принцесса, но обычно я вполне неплохо нахожу общий язык с другими воинами.

– Артеус – маг.

– Ну, может, в этом и есть загвоздка.

Они переглянулись и засмеялись. Какие могут быть раздоры и сомнения между близкими друзьями.