Со временем я отпущу это. Не сейчас.

Но чтобы не мучить её, легонько бросаю:

– Да я не злюсь.

Хотя нервы она вымотала мне жутко. Да и подругами мы не станем, как бы ей этого ни хотелось. Но и ссориться не буду. Динар мать свою любит и уважает. Будем пытаться сосуществовать вместе.

– Я понимаю ваши опасения и надеюсь, эта тема больше никогда не всплывёт.

– Обещаю, что лезть в вашу жизнь не буду, – поднимает руки, как будто сдаваясь. Тут же улыбается, берёт стопку чистых тарелок и укоризненно добавляет: – Но надо уже что-то делать с твоим разводом и выходить замуж на Динарчика.

– Мы в процессе…

Будто не слыша этого, она продолжает:

– Искать жильё. Домик какой-нибудь. У нас вон недалеко есть один участок, продаётся. Коттедж двухэтажный, четыреста квадратных метров. Надо, Милана, надо. А то ютитесь в своих многоэтажках, а там же одна дрянь! Сколько людей опасных, а выхлопные газы! Места ведь мало! А когда прибавление будет? Оно же будет? Уверена, что да!

Я невольно улыбаюсь. Да, тяжёлая женщина. С другой стороны, она и правда заботится о своих сыновьях и желает им лучшего. Даже если порой не совсем корректно и вежливо.

Помогаю ей перенести все закуски в беседку. Она всё болтает о пользе свежего воздуха и детских площадок в пределах своего участка, а я переключаюсь на Весту и малышек, помогая крохам вылезти из бассейна, обтираю полотенцем Еву и переодеваю её.

Солнышко быстро заходит за горизонт, а на улице появляется вечерний, чуть прохладный ветерок. Но в беседке он совсем не заметен.

Да и мало кого волнует. Ева с Варей рассматривают периметр беседки с открытыми ртами. Огоньки на крыше и деревянных столбах в таком количестве они видят впервые.

Всё же у Аделины красивый дом и сад. А ещё неподалёку есть огромный бассейн. Василиса оценила бы. Ох, ей же ещё нужно обо всём рассказать – совсем нет времени пообщаться с семьёй. И уже по-человечески познакомить её с моим боссом, но назвать его уже не начальником, а… любимым мужчиной.

Да…

После извинений Аделины я немного расслабляюсь, отлично провожу время. Ева постоянно лезет в воду, а я одёргиваю её грозными словами.

Глава семейства же исполняет несколько песен, демонстрируя отличный вокал. Я заслушиваюсь, но в одно время всё равно ловлю разговор Динара и Евы.

Крошка сидит у папы на коленях, цепляет малинку на пальчики.

– Евусь, – зовёт её заботливо он, прижимая к себе. – У меня к тебе взрослый разговор.

Малютка тут же становится серьёзной, опуская ладошку. С пальчиков слетают ягодки, а ей всё равно.

– Дина?

Юсупов улыбается, становится мягче, будто ребёнок действует на него как успокоительное.

– Я больше не хочу, чтобы ты называла меня Диной.

Глава 70

– Не навица?

– Нравится. Но… не то.