Никто не спрашивал, кто мы и откуда. Все были слишком заняты своими делами. А может, просто устали от войны настолько, что им плевать, кто там ещё прибыл на мясорубку…

Мимо нас пронесли носилки с раненым. Парню оторвало ногу — прямо выше колена, вместо конечности болтались кровавые лохмотья. Он стонал, бледный как смерть, а перевязка намокла от крови. Медики бежали быстро, но взгляды их были пустыми.

Воронов сглотнул, побледнев ещё сильнее. Я боялся, что он упадёт в обморок. Костёв тоже притих, хотя пытался держаться молодцом.

И вот мы остановились около одного из домиков — небольшого строения, похожего на склад.

— Так, бойцы, слушай приказ, — привлёк внимание своих подчинённых. — Вы занимаетесь обходом солдат, нам нужны командиры отрядов, взводов. Представляетесь, что из штаба, хотите узнать о нуждах — бытовых и военных.

— Чего? — поднял брови Воронов, оглядываясь по сторонам. — Что за бред?

— Поверь, солдаты очень любят жаловаться на свою долю, а уж если инициатива командования, то запоют, — объяснил я. — Нам нужна информация, и это самый быстрый способ её получить.

— Павел Александрович, но если узнают, что мы действуем от своего имени, то нас накажут! Жёстко… Разжалуют, а может быть, и награды заберут, — затараторил Коля.

 — Вы не подумайте, я не о себе переживаю, а о вас.

— Чего? — уставился на меня Воронов. — У тебя… У вас уже есть награды? Когда?

— Не об этом думаешь, солдат, — махнул рукой. — Всё, вперёд выполнять. Встречаемся тут через три часа. Записывайте всё, что узнаете.

Задача им явно не понравилась, но она нужна для моего плана. Я пытаюсь соединить несколько моментов в один. Будет шумно, сложно, хотя всё должно окупиться.

Решил тоже поговорить с военными. Чем больше информации соберу, тем лучше.

Я направился в сторону артиллерийской батареи. Там стояли несколько полевых орудий, наведённых в сторону врага. Бойцы суетилась вокруг, готовя очередной залп. Пушки были старые, видавшие виды, но хорошо ухоженные.

— Лейтенант Фокин, — представился мне коренастый мужик с обожжённым лицом, козырнув. — Чем могу помочь, старший лейтенант?

— Павел Александрович Магинский, — ответил я, небрежно отдавая честь. — Из штаба. Проверка нужд фронта.

Фокин тут же оживился, в его глазах загорелся огонёк надежды.

— Наконец-то кто-то решил поинтересоваться! — воскликнул он, махнув рукой своим подчинённым, чтобы продолжали работу. — Может, хоть вы сможете что-нибудь сделать. Мы тут с ребятами уже отчаялись.

Я достал блокнот и карандаш — выглядело солидно.

— Рассказывайте, — кивнул, готовясь записывать.

— Боеприпасы, — начал Фокин, подбирая слова. — Нам катастрофически не хватает боеприпасов. А те, что есть, — зачастую с дефектами.