Его лицо выражало целую бурю эмоций: страх, надежду, алчность, неуверенность. Я почти физически ощущал, как внутри парня борются амбиции и боязнь потерять всё.

Коля стоял в углу, прислонившись к стене, и молча наблюдал за происходящим. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалось понимание. Он уже прошёл через это и знал, какой выбор сделает Воронов.

Наконец, бывший барон поднял голову. Его взгляд обрёл твёрдость, а губы сжались в тонкую линию.

— Я согласен, — произнёс он, и в голосе не было ни тени сомнения.

Круг уже был готов, начерченный на полу комнаты.

Я закончил последние приготовления, надрезав ладонь. Тёмные капли упали в центр, и линии словно впитали их, начав светиться тусклым красным сиянием.

Воронов стоял напротив меня, держа свою ладонь над кругом. На его лице застыло странное выражение.

Когда последнее слово было произнесено, я взял нож и провёл им по ладони Воронова. Тот вздрогнул, но руку не отдёрнул. Кровь закапала в центр, смешиваясь с моей. В этот момент я почувствовал, как что-то щёлкнуло внутри. Словно замок, который закрылся. Между нами образовалась связь — тонкая нить, соединяющая наши сущности.

Теперь он мой. Полностью и безоговорочно.

Воронов пошатнулся и схватился за голову. На его лице отразилась гримаса боли, сменившаяся странным выражением покорности. Он моргнул несколько раз, словно пытаясь сфокусировать взгляд, а потом опустил глаза.

— Господин, — произнёс тихо, но твёрдо.

Круг на полу погас. Клятву крови я принял. Ещё один в копилку, и, если правильно всё сделать, то первый мой земельный аристократ под моей властью. Постепенно и других подожму под себя. Это только начало.

Повернулся к Костёву, который стоял, прислонившись к стене, и наблюдал за ритуалом.

— Коля, введи его в курс дела, — кивнул в сторону прапорщика. — Про себя расскажи и всё, что знаешь обо мне.

Костёв тут же начал выдавать информацию Воронову. Его голос звучал монотонно, словно он читал лекцию. Бывший барон слушал внимательно, иногда кивая или задавая уточняющие вопросы.

Я же отошёл к окну, глядя на улицу. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая крыши домов в золотисто-красный цвет. Военный городок жил своей обычной жизнью. Когда мы закончили, то вышли из комнаты.

У нас ещё два дня увольнительной, а потом отправят на фронт. Мой взвод где-то в этом городке отдыхает. Пусть. Но у меня иные планы. Гораздо более амбициозные.

Мы направились к телеграфу. После дождя, прошедшего днём, воздух был свежим и прохладным, что редкость для этих мест.

— Зачем опять идём на телеграф? — поинтересовался Воронов, семеня рядом со мной. С момента принесения клятвы он стал удивительно послушным.

— Ты отправишь ещё одно послание своему отцу, — ответил я, не замедляя шаг.