– Заодно накрыть одним ударом все явочные квартиры Штази…

– Ваши знали, зачем мы направляемся за стену?

– Я сам не знал… Думаю, никто не знал… Эти сведения собирались выбить на допросе…

– Все же это ты, сволочь, сдал нашу группу – фактически признался. – Марта покачала головой. – А ну, заткнись, не говори ничего… Что знаешь про человека по имени Эберхарт?

Михаил удивленно покосился на спутницу. После таких откровений людей в живых не оставляют. На что он сегодня подписался – «мирный» сотрудник Управления по борьбе со шпионажем и экономическими преступлениями? Слово «Эберхарт» не произвело впечатления на стоящего на коленях человека.

– Кто это, Марта? Не понимаю, о чем ты говоришь…

Он не врал. Врать в ситуации, когда решается жизнь, – тот же подвиг. На подвиги Клаус Майнер был не горазд. Возникла пауза. Тянуть резину не имело смысла. Допрашивать таких субъектов следует в спокойной, безопасной обстановке. Все остальное – себе дороже. На станции загремели вагоны, локомотив издал пронзительный гудок. Марта подняла пистолет. Клаус затрясся.

– Эй, что вы здесь делаете? – раздался за спиной строгий голос. – Сюда не допускаются посторонние! Зачем вы поставили сюда машину? Немедленно покиньте территорию!

«Фиат» обогнул мужчина представительного вида – в желтой каске и с кожаной папкой в руке. Видимо, мастер или представитель местной производственной интеллигенции. Картина, представшая его глазам, явно не относилась к производственному процессу. Он попятился, задрожал.

– Помогите! – взвизгнул Клаус и закашлялся.

– Что здесь происходит? – Мужчина смертельно побелел.

– А вы не видите? – прорычал Кольцов, выхватывая из кармана документ секретной разведывательной службы. Разворачивать не стал, сунул под нос «проходимцу». – Теперь поняли? Проводится секретная операция по обезвреживанию русских шпионов! Немедленно покиньте территорию и не вздумайте никому рассказывать о том, что видели! Это понятно? Или хотите, чтобы вас привлекли?

– О нет, я все понял, никаких вопросов… – Мужчина сдал назад, обнял свою папку и шмыгнул за штабеля.

Клаус издал мучительный стон.

– Спасибо, коллега, – удовлетворенно сказала Марта. – Не хотелось бы убивать еще одного человека – ни в чем не виновного.

Со стороны пакгаузов по первому пути приближался маневровый тепловоз. Он тащил единственный вагон – багажный или почтовый. Через минуту крохотный состав должен был поравняться с местом событий.

– Что значит, убивать еще одного… – Клауса охватила крупная дрожь. – Марта, ты не посмеешь… Вспомни, как тогда нам было хорошо… Марта, это же я, ты в своем уме?

Но она уже приставила пистолет к трясущейся голове.

– Прости, приятель, не говори, что не заслужил.