Но действительность всегда вносит коррективы, и любая мелочь может в планы вмешаться, поэтому необходимо предельно аккуратно адаптироваться к существующему положению, как адаптировалась основная группа, обнаружив, что предусмотренный планом для базовой остановки участок леса выгорел. Точно так же могли существовать свои отклонения от плана и у других групп, и группы обязаны были действовать так, чтобы эти отклонения никак не повлияли на основной план оперативных мероприятий. Но в любом случае все свои действия командиры групп обязаны были совершать, исходя из обстановки.

Выставленные со всех возможных сторон посты уже скучали, поскольку дополнительных сил к бандитам не подходило. Если бы какой-то отряд, опаздывающий к началу событий, еще попытался бы пройти, его следовало пропустить, не обнаруживая себя. Но это в принципе задача была не самая сложная, учитывая умение спецназа ГРУ проводить подобные операции и многие и многие часы, посвященные отработке именно навыков скрытного действия. Наверное, в этом была основная сила спецназа ГРУ, в отличие от других частей спецназа.

Но время подошло, и теперь следовало замыкать кольцо периметра, а потом ждать только команды из Москвы, где были больше в курсе происходящих событий, чем находящиеся на месте сами участники.

– Максимов! – позвал Александр Григорьевич.

– Я! – откуда-то из-за плеча или из-за елки выскочил командир роты.

– Начинай выдвижение…

– Есть, товарищ подполковник, начинать выдвижение.

– Кстати, ты через «подснежник» другие группы не слышишь?

– Никак нет. Горы, видимо, экранируют. В горах всегда связь неустойчивая…

– Начинай… Открытой только дорогу пока оставь… Если кто-то и прибудет, то только по дороге. Но держи пару отделений, чтобы дорогу можно было сразу перекрыть…

Не успел капитан отойти, когда прибежал посыльный с поста наблюдения. Обменялся с капитаном несколькими словами, получил команду, убежал, и сам Максимов к подполковнику вернулся.

– Машина, товарищ подполковник…

– Пропустить, себя не обнаруживать… – последовала моментальная и даже торопливая реакция, но торопливость – это так, на всякий случай, потому что приказания уже были отданы.

– Я так и распорядился. Это может быть подполковник Тамаров…

– Если так, то хорошо. Это значило бы, что Мовсаров и Лорсануков внутри кольца.

– А их может и не быть?

– Они слишком осторожны, чтобы своими жизнями рисковать… Думаю, что они где-то в стороне. Потому держи на всякий случай пару отделений про запас. Если понадобится срочно снять отсюда… А выдвижение продолжай.

* * *Подполковник Тамаров то впадал в дрему, то просыпался и в окно смотрел. Машина уже миновала два перевала и взбиралась на третий.