Капитан сидел на поваленном дереве, раздавленный, опустошенный, не чувствовал запаха цветов, не замечал живописной речушки, на стремнине которой играла крупная рыба.

Подошел Березин, сел рядом, уставился на него как-то странно.

– Что? – не выдержал Алексей, кулаки которого сжимались от злости. – Да, я один знал, где именно находится эта гребаная часовня, у которой сидит засада! Будешь меня подозревать?

– Да уймись ты, – огрызнулся Лева. – Я похож на человека, не умеющего соображать и не разбирающегося в людях? Приятель, сейчас не тридцать седьмой, когда основаниями для предъявления обвинений не очень заморачивались.

У нас тот случай, когда нужен конкретный враг, а на роль засланца ты не тянешь. Не думаю, что бандитов навели. Работала небольшая группа, возможно, разведка. Попутно им было приказано забрать послание. Действовали умно, а наши чем-то выдали себя. Жалко Клима, но он сам виноват и людей своих подставил. Пора забыть про эту точку, Алексей. Бандиты сюда не придут, найдут другое место для обмена посланиями. В утешение могу сказать, что какое-то время у Бабулы и Золотницкого не будет связи. Если есть резервный тайник – другое дело. А если нет – им придется контактировать напрямую, а это в один день не произойдет.

– Ладно, хоть что-то. – Алексей поднялся. – Сделаем Бабулу, тогда и будем лить слезы. Тела заберем. Придется нам тоже поработать носильщиками, Лева.

Районный отдел внутренних дел фактически перестал существовать. Шестеро уцелевших сотрудников были переведены под начало ГБ, чему Лева Березин и не думал противиться. Ликвидировать целый отдел и за счет него укрупнить другой – нормальная ведомственная чехарда.

Начальство, сидевшее во Львове, обещало в ближайшие дни прислать новые кадры, а заодно руководителя. Но все понимали, что это случится не скоро. Кадровый голод в разгаре.

Тела были отправлены в морг, здание опечатано. Функционировал только подвал. Теперь его охраняли бойцы гарнизона. В комендатуре чувствовалось напряжение.

Патрули ходили по трое. Они неплохо постарались, весь день хватали на улице мужчин, которые им чем-то не нравились, и доставляли в комендатуру. Там с ними особо не церемонились, хорошо хоть что не расстреливали без суда и следствия.

Необорудованный подвал был забит возмущенными людьми.

До вечера Алексей разбирался с этой публикой, ясно понимая, что тянет пустышку. Местные мужики. Возможно, добрая половина из них и сочувствовала бандитам, но что с того? Преступлений они не совершали, документы в порядке.

Если подходить с такими мерками, то надо всю Западную Украину сжигать и в асфальт закатывать. Репрессии не помогут, лишь ненадолго притушат пожар.