– Ты правильно потянул время, брат, – гнусно ухмыльнулся Мартус. – Теперь он целиком в нашей власти. Никуда не денется. Массой задавим!!!

На лице сероглазого отразилось мучительное сомнение. Правая рука сунулась было за пазуху, но остановилась на полпути.

– Неужто придется здесь? – чуть слышно прошептал он. – Господи, прости!!!

– Ага, пересрал, слабак православный!!! – воспрял духом Джек. – Зарежьте его, братья. Как того старикашку во дворе!!!"

"– Ввиду исключительности ситуации предлагаю другой вариант, – хрипло произнес «слабак». – Я, полковник ФСБ Корсаков, гхе, гм. – Слова давались ему с явным трудом. – Мы находимся в святом месте, где мне не хотелось бы… Впрочем, не важно. Итак… другой вариант. Вы все встанете на колени перед Спасителем, – он указал подбородком на большой деревянный крест с изображением распятого Христа. – Попрóсите у НЕГО прощения за совершенные злодеяния… Искренне попрóсите!.. А потом я доставлю вас…

Речь полковника прервал хоровой, издевательский хохот сатанистов. Больше всех надрывался Двустволка: взвизгивал, взлаивал, приседал, хлопал себя по бокам.

– Ой, не могу!.. Ой, уморил, чмошник!!! – в перерывах причитал он… Так продолжалось секунд тридцать.

– В задницу, в алтаре – блестящая идея! – немного успокоившись, изрек Джек. – Но сперва пусть опплюет, обоссыт иконы и отсосет у каждого из нас. Качественно!!! Со смаком!!! Начнешь с меня, как с главного, – надменно обратился он к Корсакову и принялся деловито расстегивать ширинку.

– Господи! Прости! – снова прошептал тот, коротким боковым в челюсть сбил «продвинутого» с ног, врезал Гарри ступней в ребра и тигром метнулся к остальным. Расправа над четырьмя вооруженными мордоворотами заняла не более пяти секунд.

Бум… бум… бум… бум… – Один за другим попадали они на пол, гулко стукаясь головами об узорчатую плитку. Фээсбэшник снял с Сола куртку, аккуратно упаковал в нее ножи, сунул сверток за пазуху Гоблину и по завершении проверил у неподвижных тел пульс.

– Живы, уроды, – удовлетворенно констатировал он и посмотрел на Джека с Гарри. Первый успел более-менее очухаться и уже не лежал, а сидел на полу, ошалело встряхивая башкой. Полусогнутый второй с хлюпом хватал ртом воздух.

– Слушать мою команду, нелюди, – жестко сказал им Корсаков. – Каждый из вас берет в охапку по одному подельнику, – брезгливый кивок на распростертые тела. – И несет к грузовику за воротами. Вы на нем приехали?

– Да-а-а! – выдавил Гарри и, переводя дыхание, взмолился: – Пощадите, господин! Я отрекусь от дьявола, покаюсь…

– Ты повторяешься, – сухо оборвал его полковник. – Цена твоего «покаяния» уже известна. Заткнись, а то язык вырву!

Сатанист умолк, до крови кусая губы.