Но это ложь, не так ли?

Я могу притвориться, что этого никогда не случится, но это произойдет.

Я могу притвориться, что не причиню ему вреда, но сделаю это.

Рано или поздно это произойдет.

Это, блядь, произойдет.

Данная мысль заставляет меня крепче обнять его и поцеловать сильнее и быстрее, запечатлевая его в памяти, забирая его всего с собой.

Впервые в жизни у меня появились сомнения. Я так долго планировала это, но теперь сомнения не оставляют меня в покое.

— Спасибо тебе за то, что ты существуешь, ma belle — моя красавица, — шепчет он мне в губы, и тогда я кончаю.

Я падаю добровольно, зная, что меня ничто не удержит.

Но я ошибаюсь, есть что-то — или, скорее, кто-то.

Руки Ронана окружают меня, как тиски, когда он вонзается в меня еще немного, прежде чем тепло заполняет мои стенки, а затем просачивается между бедер.

О Боже.

Он хватает меня за затылок сильной ладонью и притягивает ближе, прижимаясь своим лбом к моему. Мы дышим воздухом друг друга, но мне почти кажется, что этого недостаточно — будто мне никогда не будет достаточно.

И это опасно.

Нет — это более чем опасно. В моем случае это чертовски смертельно.

Он Астор. Ну и что с того, что он мог быть сыном Эдуарда, а не Эдрика? Он все еще Астор.

И проблема в том, что чем больше времени я провожу с ним, тем больше этот факт размывается. Все расплывается, и он единственное, что остается.

Ронан.

Просто Ронан.

При этой мысли у меня сжимается грудь. Я не хочу, чтобы он был просто Ронаном. Он не может быть просто Ронаном.

Что я наделала?

Вот что происходит, когда вы зависимы. Вы не осознаете всей высоты зависимости, пока не станет слишком поздно, пока это не станет единственной вещью, текущей в ваших венах, и вы не сможете избавиться от нее, пока, блядь, не истечёте кровью.

Я не могу истечь кровью.

Я уже истекала кровью ранее.

Теперь его очередь, не моя.

Я отталкиваю Ронана и забираюсь на пассажирское сиденье. Мои потные негнущиеся пальцы нащупывают платье, а затем надевают его через голову, игнорируя остатки дурацкого костюма."

"Всего несколько вдохов. Всего несколько. Если я сделаю это, я смогу контролировать все, что происходит во мне. Я буду игнорировать чувства и все, что с ними связано.

— Что ты делаешь?

Ронан устраивается поудобнее, выглядя беззаботным, но его челюсть дёргается.

— Ничего.

— Не надо мне этого говорить. Ты возводишь свои стены. Какого черта ты возводишь их, Тил?

Боже. Черт.

Как я могла быть настолько беспечной, чтобы позволить ему распознать это?

Даже Нокс больше этого не замечает. Я довела это до совершенства. Стала профессионалом в этом деле.

Это неправильно. Так больше не может продолжаться.

— Я дам тебе то, что ты хочешь. — я смотрю на него с легкой улыбкой.

— Что я хочу?

— Я поговорю с Эдриком и покончу с этим.