«Не волнуйтесь?» — она уже растревожилась. — «Ваша дочь находится между жизнью и смертью, а вы не волнуйтесь».

— Где Милена, Артур?! — она поднялась с кровати.

— Вчера в Милену…

— Что, Артур? — схватила она меня за края куртки и встряхнула.

— Стреляли. Пуля задело легкое. Милену прооперировали, она в реанимации, — постарался выдать на одном дыхании, чтобы женщина не успела испугать и не подумала, что ее дочь погибла.

— Как так? Кто? За что? — Вероника Игоревна стала оседать. Подхватив посадил на кровать и крикнул врача. Он обещал мне находиться рядом. Прежде чем сообщить женщине эту новость я проконсультировался с доктором.

— Я пока не знаю, кто стоит за покушением, но обещаю, что виновные понесут наказание. — я не смог уберечь Милену, хотя обещал, но это слово сдержу. Я сжимал дрожащие пальцы Вероники Игоревны, пока ей мерили давление. Ей поставили укол и попросили меня выйти.

Несколько раз врачи советовали мне съездить домой, отдохнуть, но я не обращал внимания на их слова. Состояние Милены продолжало оставаться тяжелым. Чуть позже Вероника Игоревна нашла реанимационное отделение, подошла и присела рядом со мной.

— Вы имеете полное право винить меня в том, что случилось. Я не смог защитить Милену.

— Виноваты те, кто это сделал…

Теперь мы вместе или по очереди дежурили у дверей реанимационного отделения. Вечером приехали мои друзья.

— Почему не сказал? — поздоровавшись, спросили они. Как объяснить, что весь мой мир сейчас был сосредоточен на Милене, я впервые о них забыл. Ничего не ответил, ребята поняли. Мне было приятно, что они пришли поддержать.

Я хотел поговорить с Ромулом о беременности Милены. Он единственный в нашей большой команде имел медицинское образование. Когда она придет в себя очень обрадуется этой новости, и огорчится, если что-то случится с малышом.

Попросил друга задержаться, когда ребята стали расходиться. Описал Азамату ситуацию, он мне повторил слова дежурившего в реанимационном отделении врача. Если беременность удастся сохранить, нужно наблюдать за развитием плода, консультироваться с врачами. Терапия, которую сейчас проводят Милене не идет на пользу ребенку. Прежде, чем я окончательно поник, он мне рассказал, что в его практике есть случаи, когда при подобных ситуациях рождались здоровые дети, а у абсолютно здоровых родителей на свет появлялись дети с нарушениями.

Меня пускали к ней еще несколько раз в эти дни. Я говорил с Миленой, почему-то был уверен, что она меня слышит. Умолял ее бороться, говорил, как сильно люблю.

*** ***

Три томительных дня ожиданий и наконец-то врач сообщил мне, что кризис в состоянии Милены миновал, но они подержат ее еще какое-то время в искусственной коме. Я вдохнул полной грудью. Готов был кричать на всю больницу от радости.