В ночном угаре с “поселением” в гостиничку он забыл предупредить, чтобы его разбудили в семь, и проснулся от того, что под щекой у него заливался соловьиными трелями мобильный телефон. Некоторое время Кирилл соображал, где он и что с ним, а потом выхватил из-под подушки трубку.

– Да.

– Кирилл, ты где? – спросила Настя озабоченно. – Я думала, что ты вчера приедешь, а тебя все нет и нет. Я даже беспокоиться стала.

– Я тебя люблю, – сказал Кирилл хриплым спросонья голосом и потянулся всем телом. Лежать на кровати было приятно и приятно было слушать Настин голос в трубке.

– Спасибо, – ответила она, помедлив. – Я тебя тоже. Ты где? Подъезжаешь?

Тут он вспомнил, что должен куда-то подъезжать, и, вскинув руку, посмотрел на часы. Было без четверти девять.

Елки-палки!

Он вскочил так резко, что потемнело в глазах, чуть не упал, уверил Настю, что подъезжает, быстро соврал что-то насчет того, что слышимость внезапно ухудшилась, для правдоподобия покричал “алло, алло!”, зашнуровывая ботинки, скатился вниз вместе со своим драгоценным портфелем, стоя выпил в баре две чашки кофе и рванул со стоянки, распугивая всех ленивых новгородских голубей, по-куриному всполохнувшихся и дунувших от него в разные стороны.

Конечно, он опоздал.

Он хотел купить цветы и забыл про них, а потом вспомнил и потерял еще минут пятнадцать, колеся по Петергофу и выискивая цветочную лавку, и, когда нашел, опоздание уже стало таким катастрофическим, что он старательно отводил взгляд от часов, которые, как назло, все время лезли ему на глаза.

Лето подходило к концу, но было так жарко, что, пробираясь по разбитой дороге, он в который раз подумал – такое лето на Балтике бывает, наверное, раз в пятьдесят лет.

У кованой железной решетки было столько машин, что Кирилл присвистнул. Вдруг перетрусив, он притормозил, как будто выискивая место, и из калитки выскочила Нина Павловна.

– Вот он! – торжествующе крикнула она в сторону дома. – Света, скажи Насте, что Кирилл приехал! Конечно, не опоздать ты не мог! – еще громче закричала она, уже в его сторону. – Вылезай, хватит кататься! Мы тебя с утра ждем! Дима так поставил машину, что невозможно подъехать! Почему ты опоздал?!

Кирилл через лобовое стекло посмотрел на Нину Павловну, пожал плечами и вылез из машины, понимая, что отсидеться все равно не удастся. С заднего сиденья он выволок букет, ценный портфель, и еще смокинг болтался на вешалке, будь он неладен!..

– Ото, – сказала Нина Павловна, увидев букет, подошла, приподняв юбку, и поцеловала его в щеку, как будто клюнула, чего он никак не ожидал.

– Здрасти, Нина Павловна.

Она была в длинном малиновом платье без рукавов и с открытой спиной. Золотистые волосы искусно уложены, на руках – маникюр. Кирилл оробел.