Почему-то начинаю нервничать, как в тот первый раз, когда взяла ее на руки и сказала, что теперь я ее мама.

Пока что она не замечает меня, это дает мне возможность подойти к ним незамеченной.

— Привет, — произношу глухо. Голос дрожит, на глазах выступают слезы радости.

Даша на мгновенье замирает, поворачивается в мою сторону. Я боюсь того как она отреагирует на мое появление. Вдруг решит что я ее бросила?

Ее глаза становятся большими от удивления, на лице растягивается счастливая улыбка.

—  Мама! Мама! Мама! – она срывается с места и перебирает своими ножками, приближаясь ко мне словно маленький вихрь. Я приседаю на корточки, раскрываю свои объятия и прижимаю к груди родное тельце моей девочки.

— Привет, моя хорошая, соскучилась? Прости меня, солнышко, что я так долго. Все хорошо? Тебя не обижали?

Даша отрицательно машет головой, цепляясь в меня словно обезьянка.

— Поехали домой?

— Да! – радостно выкрикивает она, я же ловлю на себе взгляд домработницы Марата. Киваю ей в знак приветствия и одними губами шепчу: «Спасибо».

Люди отца стоят поодаль от меня. Вооруженные. Готовые броситься на врага в любой момент, а когда из дома появляется незнакомый мне мужчина, вплотную подходят к нам, прикрывают своими спинами, отделяя от него.

— Меня зовут Олег, я друг Марата, - не обращая внимания на вооруженных амбалов, произносит он, задерживая на мне взгляд.

Он брюнет приятной внешности с добрыми но холодными глазами.

– А вы, должно быть, Кристина, - он наклоняет голову на бок и внимательно  рассматривает меня в ответ.

— Да.

— Это, полагаю, вам, - он протягивает в мою сторону увесистый конверт и я нехотя принимаю его.

—  Что это? – смотрю на него с недоумением.

— Откроете дома.

— Хорошо, — я мнусь на месте, не зная что сказать. – Спасибо, что приглядели за моей дочерью. Может… может, я что-то должна вам?

— Нет. У меня был долг перед Маратом, теперь он оплачен. Хорошего вам пути.

— Спасибо. За все, — киваю ему и разворачиваюсь в сторону ворот.

Даша машет ручкой Лизе на прощанье, я же спешу сесть в автомобиль, чтобы уже никто не отобрал у меня дочь. Выдыхаю, устраиваясь на заднем сидении машины и не могу найти себе силы отпустить Дашеньку. Целую ее, снимаю шапочку и приглаживаю непослушные волосики. Она тоже рада мне. Что-то весело щебечет, смеется.

Когда мы проезжаем мимо дома Марата, в груди начинает щемить. Я провожаю взглядом закрытые глухие ворота, вспоминая все что со мной произошло за это время. И в глубине души надеюсь на то, что увижу Давидова. Я так и не знаю что с ним. Шок от произошедшего в доме прошел, я начала анализировать многие вещи и в конце концов пришла к выводу, что несмотря на боль в сердце, мне лучше забыть о нем. Ведь он врал. Все это время. И скорее всего даже наполовину не чувствует ко мне того, что я.