А вот то, что Лис не отвечает, в двенадцать ночи, зная, что я недоступна…

Это каким-то сюром отдает, безумием.

Словно кошмар перерождается, становясь все объемней и глубже.

— Вась, — терпеливо вздыхает Тошка, — ты устала. Давай, ты поспишь. А утром еще раз наберешь… Может, они к тому времени проспятся…

— Проспятся? — не верю я своим ушам, — то есть? Ты о чем вообще! Тоша!

— Блять! — он дергается, с досадой хватает телефон, — ну вот не хотел я! Вообще не хотел! Нафиг мне это? Чтоб ты опять сказала, что я неправильно все понимаю?

— Тоша…

Я все еще не понимаю, все еще основательно не в себе. Но чувствую, всем сердцем чувствую, что что-то неправильное происходит. Дичь какая-то.

Вообще, все, что в последнее время со мной творится, отдает безумием…

Но сейчас, кажется, будет самое трешовое.

— Я не хотел! Серьезно! Я вообще не хотел тебе ничего говорить! — досадливо рычит Тошка, судорожно копаясь в телефоне.

И запускает, в итоге, видео.

Сует мне в руки, а сам уходит к окну, вытаскивает вейп, судорожно затягивается.

Я запускаю видео.

Темное, все прыгает и пляшет. Долбит музыка, явно все в каком-то ночном клубе происходит. И на фоне долбежки — громкие, разгульные голоса.

И лица, белыми мерцающими пятнами из темноты.

— Кто? — слышу голос за кадром и замираю. Лешка. Его рык, низкий и хриплый.

— Ну та, с косой, как у матрешки."

"И этот голос знаю. Ленивый, с надменными нотками. Лис.

Лиса я вижу. Он сидит, развалившись, на диване, курит кальян.

Смотрю, как медленно затягивается, затем, запрокинув голову, выпускает пар. Мощное горло лениво двигается.

Снова голос за кадром, но уже не Лешки, кто-то еще, незнакомый.

— Да не-е-е… — со смехом, — не даст…

— Даст, — Лис улыбается дьявольски, жестко так, и меня мороз продирает по коже. Потому что он именно так улыбался, когда впервые предлагал мне секс… — Мне все дают.

— Нахер… — снова рычание Лешки за кадром.

Долбит музыка.

Долбит кровь в моих ушах.

Я понимаю, о чем они, понимаю, что надо прекратить слушать, отключить видео. И не могу. Всматриваюсь до рези в глазах в белое пятно лица Лиса. Сейчас он мне кажется похожим на какого-то голливудского злодея… Того, с безумной улыбкой и таким же безумным взглядом…

— Сделаю. А ты нахер пойдешь. — Смеется Лис, снова затягивается.

— Посмотрим… — рычит Камень.

— Ну-ну… — во взгляде Лиса — пляшущие бесы. — Эй, иди сюда!

Он внезапно дергает за руку кого-то, в зоне съемки оказывается длинноногая девчонка. Она с кокетливым визгом валится ему на грудь, Лис лапает ее за задницу, также лениво, по-хозяйски…

Видео останавливается.

Я в полной прострации пялюсь на застывший кадр на экране: таутированную лапу Лиса на чьем-то голом бедре…

В голове ни одной мысли. Вообще.