Спасаясь от искр, Великая Зуби вынуждена была бросаться из сторону в сторону и подпрыгивать.

– Я был уверен, ты умеешь танцевать! Больше чувства! Вот так, вот так! – с хохотом восклицал Фудзий.

Он ощущал себя хозяином положения. Сарданапал лежал без чувств. Сфинкс, точно загипнотизированный, метался вокруг огненного круга, с каждой минутой становясь все меньше.

Внезапно Великая Зуби оказалась рядом со Спящим Красавцем. Выбрав паузу между искрами, она подскочила к Красавцу, обхватила его за шею и поцеловала в губы.

Возникнув точно из ниоткуда, в ледяную глыбу ударила сдвоенная молния. Трескаясь, лед освободил от оков плененную фигуру. Спящий Красавец широко распахнул глаза и благодарно посмотрел на Великую Зуби. Та, смутившись, отвернулась.

– Поймите меня правильно. Это была всего лишь необходимость, хотя… – путаясь, забормотала она.

– Что ты натворила? Ты хоть понимаешь, что сняла отсроченное проклятие? Идиотка засушенная! Училка вечная! – теряя самообладание, заорал Фудзий.

Готфрид Бульонский повернулся на звук его голоса.

– Ты оскорбил даму моего сердца! Всей твоей крови не хватит, чтобы смыть это оскорбление! – сказал он сиплым от ярости голосом.

– Как благородно! Летаргик проснулся! Доброе утречко, солнышко! – умилился магфордец. – Кофе в гробик не подать? Или сперва зубки почистишь?

– Еще одно оскорбление! Но это уже неважно. Смерть все равно может быть только одна, и ты ее уже заслужил, – Готфрид сделал шаг.

Остававшийся лед осыпался, на глазах превращаясь в воду.

– Заруби себе на носу: теперь тебя ничто уже не защищает! Проклятия уже нет! – сказал Фудзий. В голосе у него, однако, ощущалось некоторое беспокойство.

– Ты угадал! Но Древнир предусмотрел и это! Меня защищает моя любовь! И вот оно – не ведающее промаха копье Аполлона! – сказал Готфрид Бульонский.

В его занесенной руке само собой возникло метательное копье. Его наконечник был украшен причудливыми знаками.

Фудзий что-то торопливо прошептал. В руке у него возник щит из красных искр. Копье Аполлона ударилось в центр щита, отскочило от него и вновь вернулось в руку Готфриду, изготовившемуся к новому броску.

Стремясь воспрепятствовать ему, Фудзий выбросил новый поток замораживающей магии. Теперь уже Готфриду пришлось, защищаясь, поспешно отпрыгивать в сторону.

Фудзий поднял и другую руку. Он буквально заливал Готфрида темной магией. В воздухе полыхали зарницы. Амулет Великой Зуби безостановочно трещал. Очередной вскользь пущенный заряд темной магии расплавил его. Зуби упала.

Фудзий вдвое усилил магические разряды. Это был уже настоящий ураган! Даже бессмертный сфинкс, жалобно поскуливая, осел на задние лапы. Готфрид уже дважды был сбит с ног, но всякий раз чудом откатывался в сторону, избегая рокового удара.