– А мне почему-то кажется, что прячешь! Что это у тебя за Пупперы на шторках, а? С чего бы это? – напирал Поклеп Поклепыч.

Маловероятно, что Склеповой удалось бы сохранить свою тайну, будь у завуча чуть больше времени.

– Мы не можем задерживаться, Поклеп! – нетерпеливо крикнул академик Сарданапал. – Надо выяснить, куда направился Готфрид… И распорядись: пусть кто-нибудь отведет циклопа в магпункт. Бедняга до сих пор без чувств!

Завуч неохотно отвел от Гробыни замораживающий взгляд.

– Мы еще вернемся к этой крайне интересной теме, Склепова! Кстати, к тебе, Гроттер, это тоже относится! Я не забыл, что видел тебя в ночь, когда украли котел… – пригрозил он и вышел, настежь распахнув дверь.

Сарданапал поманил Таню к себе.

– Спрячь это получше! Я бы мог спрятать и сам, но по определенным причинам важно, чтобы все шло как идет, – сказал он вполголоса, чтобы не слышала Гробыня. – Возможно, он и должен это обнаружить, но не сейчас.

Таня вздрогнула.

– Что я должна спрятать? Вы знаете, за чем он приходил, да?"

"– Скажем так: я догадываюсь… Держись, девочка, и помни, что твоя смертельная клятва все еще действует, хотя, признаться, я слегка ослабил ее.

Хотел бы я знать, почему все сваливается именно на тебя? – Академик грустно улыбнулся, ласково коснулся ее волос и вышел.

Таня была в замешательстве. Она не понимала, о чем говорил с ней Сарданапал. Что на нее свалилось? Почему к ней в комнату пришел Спящий Красавец? И отчего академик отказался ей что-либо объяснить, ограничившись туманными намеками?

Гробыня обернулась и наконец рискнула отойти от Черных Штор.

– Ну что, Гроттерша, расскажешь, где ты была ночью, когда украли котел? – спросила она елейным голоском.

– Где надо – там и была. А что делал на шторах купидончик в зеркальных очках? – в тон ей ответила Таня.

– Что надо – то и делал. У тебя забыл разрешения спросить! – явно нервничая, огрызнулась Гробыня.

Она плюхнулась на кровать, включила на полную громкость зудильник и стала полировать ногти. Тема была исчерпана. Воюющие армии временно откатили свои пушки, свернули знамена и разошлись восвояси.

Уже намного позже, нагнувшись, чтобы что-то достать, Таня заметила, что футляр ее контрабаса выдвинут из-под кровати сильнее, чем она сама всегда это делала.

Ей даже показалось, что застежку пытались открыть. Во всяком случае, на ней остались небольшие, но все же заметные бородзки от ногтей.

Теперь Таня поняла, зачем приходил сюда Спящий Красавец.

«Ему нужен футляр! Но почему?» – ломала она себе голову.

А где-то на горизонтах памяти уже маячил ломкой тенью высокий трон с резной готической спинкой.

«И где я спрячу футляр? – продолжала думать Таня.