Знаешь, что это значит?

Кажется, пистолет он заметил только сейчас, но только крепче сжал свой обрез. Смотрите-ка на него. Закусил удила, жеребец.

В это время позади меня раздался шум шагов и приглушённые голоса. Это приближались наши сводные отряды. Злодей прислушался и на мгновение отвёл глаза, глянув в сторону, откуда доносились голоса.

Это была ошибка. Я мгновенно поднял пистолет и выстрелил. Не целясь, единым движением. Сотая доля секунды. Бах, и готово. Шмальнул в грудину. Сначала хотел по руке, но остерёгся. Оружие незнакомое, сноровка не та, в тир не хожу. В общем, грудь она большая, не промажешь.

Чудище лесное отбросило назад, а я ещё сделал один выстрел в воздух.

— Ты чё творишь, сука! — заревел Гуськов, и я даже заволновался, чтобы не лопнули его и без того выпуклые и как всегда красные глаза.

— Хорош пугать, — покачал я головой. — Вот, медальку тебе заработал и звёздочку на погоны. Ты только что опасного преступника обезвредил. Держи.

Я отдал ему пистолет и подошёл к жертве похищения.

— Гри-и-и-ша, — рыдала она. — Гри-и-и-шенька.

Я помог ей подняться и прижал к себе.

— Вот, Галка, скажи, как ты вечно находишь приключения на свою… попу, а?

— Да-а-а-а, я непутё-ё-ё-вая.

— Эх, Галя-Галя, горе луковое. Пошли уже! Смотри сколько народу тебя спасать приехало….

Суть оказалась в том, что Матис пообещал за охрану Галки тысячу рублей каждому участнику. Но тут лесные братья дали маху, конечно. Они узнали, что у меня якобы есть зазноба в деревне. В общаге слухи ходили разные, а тут Зойкины скандалы масла в огонь подлили.

Ну, братья сюда и приехали, а им все местные со знанием дела рассказали, что я за Галку дважды бился с Мурадяном. Вот она бедная и попала в передрягу. Через недоразумение, можно сказать.

— Гриш, приходи сегодня вечером в клуб, а?

— Ты шутишь, Галя? Мне же в Москву надо.

— Завтра уедешь, я тебя домой проведу, мать не увидит.

— Ну, Галина, ты меня под монастырь подвести хочешь. Мать твоя мне голову оторвёт. И не только, она уже пыталась, между прочим.

Шабашников запаковали, наскоро допросили и закинули в вертушку. Пока суд да дело, я попросил Гуськова подбросить до совхозной общаги.

— А чё там?

— Да, с девчатами надо парой слов перекинуться.

— Ну давай, ты теперь мне ближе, чем брат, — расплылся он в улыбке. — Ещё к председателю заскочим, он тоже обрадуется.

— Да он меня и не вспомнит, видел один раз в жизни. А вот твою дружбу я принимаю с радостью. Будешь в Москве, заезжай в гости. Если помочь чего, не стесняйся.

— Лады! — закивал он. — А ты нормальный парень, Григорий. Я ведь присматривался, чувствовал, будет толк из тебя.

— Ты смотри, в рапорте не напутай ничего.

— Не-не, я всё наизусть заучил.

Он высадил меня у одноэтажного здания из железобетонных блоков и сказал, что вернётся минут через пятнадцать.