Качаю головой и на самом деле задумываюсь над этим вариантом. Действия Сибби, разумеется, должны быть под контролем, но… по правде говоря, она самый фанатичный человек из всех, кого я встречала, когда речь заходит об истреблении зла. Быть может, это и правда неплохая кандидатура? Да нет, конечно. Но иметь у власти кого-то, кто верит в добро, не так уж и плохо. А с ее талантом улавливать запах гнили у плохих людей ей бы помогла команда хороших людей.

– И что бы ты сделала? – спрашиваю я ее.

– Подожди, ты действительно думаешь, что она способна на такое? – недоверчиво спрашивает Дайя, переводя взгляд с меня на Сибби.

Ухмыляясь, я пожимаю плечами.

– Она была бы лучше Клэр, это точно. И она не будет править в одиночку, правда же? Цель ее жизни – улучшить мир.

Дайя поджимает губы, силясь возразить, но не может ничего придумать. И действительно, в таком положении оспорить можно ведь любую кандидатуру. Идеальных людей не бывает. Сибби, конечно, не без греха, но ее намерения чисты.

И как ни странно, из нас всех она меньше всего склонна к властолюбию или негативному влиянию.

Просто она… слишком вспыльчива.

* * *"

"От тренировки с Сибби меня отвлекает легкий стук в дверь. Естественно, через секунду ее кулак с силой врезается мне в щеку, едва не опрокидывая меня на пол.

В ушах звенит, я хватаюсь за лицо и смотрю на нее. Она одаривает меня безумной улыбкой, и ей даже не нужно открывать свой глупый рот, чтобы я догадалась, что она сейчас мне скажет:

«Никогда не отводи взгляд от своего противника».

Тыкаю в нее пальцем.

– Держи один глаз открытым, когда ляжешь спать, поняла?

Она хихикает и идет к лестнице, а я направляюсь к входной двери, вспотевшая и с раскалывающейся теперь головой. Это настолько злит меня, что я распахиваю дверь, не удосужившись посмотреть в глазок.

Мои глаза удивленно раскрываются, когда я вижу незнакомого мужчину, которого никогда раньше не видела, – рядом с моей матерью.

Я ошеломленно смотрю на них, не в силах сделать что-либо еще. Ее светлые волосы, как всегда, идеально уложены, а губы подкрашены светло-розовой помадой. Она смотрит на меня, ожидая, когда я заговорю, но я не в состоянии выдавить ни слова.

– Привет, милая, – произносит мама, слабо улыбаясь мне.

Я наконец выхожу из ступора, и мое тело действует словно на автопилоте.

Бросаюсь вперед и заключаю ее в самые нежные в мире объятия, опасаясь потревожить ее рану, но чертовски радуясь, что вижу ее. На мои глаза наворачиваются слезы, затуманивая зрение, а носовые пазухи горят от усилия сдержать их.

Она похлопывает меня по спине.

– Милая, ты воняешь.

– Извини, – отвечаю я, но мне ни капельки не жаль.

Смахнув слезы, отступаю назад.

Обычно она воротит от меня нос, но сейчас остается на месте.