– Разве я должна перед вами отчитываться?! – нарочно перешла с ним на «вы». Сжала руки в кулаки.

Только спокойно, Лили. Бьёмся до конца.

Вот и настал долгожданный момент истины. Сейчас, я сполна полакомлюсь его гневом и озадаченным выражением лица, когда правда вдруг вскроется. Честно, если раньше я пыталась доказать придурку, что Дениска – это наш общий ребенок, то сейчас – ни за что.

Поздно, Кирилл. Слишком поздно ты прозрел.

Из-за наших криков Дениска, испугавшись, вырвался из объятий Кирилла и, подбежав ко мне, спрятался за мою спину.

– Я задал вопрос. И жду ответа.

 – Хрустнул пальцами, раздирая меня на куски своим волчьим взглядом, брошенным исподлобья.

Молчу. Кусаю губы до ран.

– Это правда? Правда, чёрт возьми, что Дениска мой сын?

– Нет! – до шершавой боли в трахее, срывая голос.

– Чёрт побери! – Он ударил себя кулаками по коленям и резко вскочил на ноги. —То, что ты говорила мне пять лет назад?! Так это все правда?!

– Нет, нет и ещё раз нет! Я вас обманула! Денег хотела, власти! Ясно!

Три шага, как один короткий. Он схватил меня за руку, рванул на себя, так что я, тихонько взвизгнув от боли, стукнулась лбом об его твердую, как сталь, грудь.

– Ты лжёшь, Лиля. От тебя ложью за километр фонит.

Давил моё запястье со скрежетом в зубах. Вот-вот, и сустав лопнет.

– Вы делаете мне больно. – По бледной щеке покатилась слеза. – Вы отказались от нас. Разве нет? – Прервалась. Попробовала проглотить тот самый острый ком в глотке, что мешал дышать, не отрывая глаз от его, бешеных, чёрных зрачков, что так ошалело бегали по моей плоти то вверх, то вниз, как будто он был не человеком, а изголодавшимся волком, намеревавшимся растерзать моё беспомощное тело на рваные куски.

 – Дениска не твой сын, Кирилл. – С выдохом. – Он только мой.

Со всех сил вырвала онемевшую руку из его давки, бросилась к ребёнку, закрывая его маленькое тельце своим, но Большаков, зарычав, двинулся на нас страшным тайфуном из гнева и неверия, сметающим все на своем пути, ругаясь в полтона, устрашающе размахивая руками, чуть ли ни до пены на губах.

– Он – моя копия. Я, когда его увидел, во мне словно что-то лопнуло. Я не верю во всякий там мистический бред, но я почувствовал родственную связь и тягу к ребёнку.

Даже сотрудники сказали, что Денис – моя копия. Как ты это объяснишь?

– Вы ведь бесплодны! – Прижимая сынишку к спине. – Сами же говорили!

– Что ж, чудеса в жизни случаются. – На миг мужчина закрыл глаза. А когда открыл, я почувствовала, как пол исчезает под моими ногами. – Я хочу сделать тест на отцовство. Если он окажется положительным, я сразу же признаю сына своим. А на тебе… женюсь.

Глава 23

Ступор накрыл с головой. В ушах, вместе со свистом, набатом отбивались последние слова Большакова.