— Мне с ней поговорить надо!

Лола обрадовалась — раз поговорить, стало быть, она наконец узнает, кто такие эти люди и чего им от нее нужно. На всякий случай она отступила в дальний угол и поискала какое-нибудь оружие — палку, что ли, или полено.

Хорошо бы еще валялось на чердаке любое забытое сельскохозяйственное орудие — коса или цеп. Что такое цеп, Лола понятия не имела, но надеялась, что это что-то большое и тяжелое. Однако никакого орудия на чердаке не нашлось, очевидно, раньше в доме жили люди совсем нехозяйственные.

Люк открылся, и появился знакомый уже Лоле Витька, а за ним пролез здоровенный. мужик с руками, толстыми, как ноги. Если Витькина шея была мощна, то шея новоприбывшего была вдвое мощнее. Она плавно переходила в голову, такую же бритую, как у Витьки. Брюки чуть не лопались на мощных ляжках, ходил вновь прибывший в раскоряку.

Однако глаза его смотрели более осмысленно, чем у его подчиненных. Судя по тому, как затрепыхались братки, Паша был над ними хоть небольшой, а начальник, ему и полагалось быть посообразительнее.

Он внимательно оглядел Лолу и хмыкнул.

Лола удрученно молчала. Она трезво оценила свои силы и поняла, что с четырьмя врагами ей не справиться. Откровенно говоря, она не справилась бы и с одним Пашей.

Снизу послышалась возня и женский голос приказал пустить.

— Не дури! — крикнул Паша вниз, но его не послушались, потому что из люка показалась женская голова.

Женщина, очевидно, отпихнула ногой Толяна, который пытался ее задержать, и влезла вся. Высокая, очень худая, коротко стриженная брюнетка.

«Ни рожи, ни кожи, — тотчас определила Лола, — зато самомнение — ой-ой-ой! И претензий — выше крыши!»

— Жанка, не дури! — заговорил Паша. — А хрен с тобой, раз, уж пришла, то сама разбирайся."

"Жанна взглянула на Лолу, лицо ее сморщилось сначала вроде бы в удивлении, потом черты исказила гримаса злости:

— Придурки! — заорала она. — Вы кого взяли?

— Кого сказала, тою и взяли! — буркнул Витька.

— Это же не та баба! — орала Жанка. — Совсем с ума посходили, постороннюю бабу вместо Алиски притащили!

— Как — постороннюю? — возопил покалеченный Толян, который успел протиснуться в люк за Жанкой. — Все как ты говорила: рыжая, в красном костюме, будет сшиваться возле Исаакия!

Лола только вздохнула — она столько времени и денег потратила на прическу, думала ли Маргарита, что ее замечательный цвет «эксклюзив» какие-то охламоны назовут просто рыжим! Но Жанка, как видно, была не так проста, кое в чем разбиралась. Да и шмотки на ней были довольно дорогие, только жутко безвкусные.

— Какой «красный»? — заорала Жанна. — Где вы тут видите красный костюм? Это же не красный, а вовсе бордо!

— Вишневый! — обиделась Лола.