А затем:

– Заткнись, дура!

Дёргаю дверь на себя, распахивая её. Ветер входит в дом вместе со мной.

Я вижу Есю, которая сжавшись в комочек лежит у камина, и Радика склонившегося над ней с занесённой рукой. Они вдвоём разворачиваются. Еся при виде меня начинает рыдать ещё сильнее, а Радик хмуро сводит брови к переносице:

– Тебя чего нелёгкая притащила? Иль передумала?

Он выпрямляется и поворачивается ко мне всем корпусом. Я опускаю глаза и вижу, что у Радика расстёгнут ремень. Ярость поднимается в груди. Он уже изнасиловал Есению? Или только собирался?!

– Еся, вставай и иди ко мне, – зову я.

– Ты чего удумала, коза? – Радик загораживает Есю, вставая между нами.

– Я вижу, что ты избил её. Тронешь ещё раз – пожалеешь, – я внутренне вся напряжена до предела, но внешне стараюсь быть хладнокровной.

– Ты, видать, решила, что можешь мной вертеть, как пожелаешь? Приняла доброту за слабость? Мало того, что к себе не подпускаешь, так решила и здесь всего лишить? Или ревнуешь?

Он настолько мерзкий, испорченный и обнаглевший от лютой вседозволенности, что меня едва не тошнит физически.

– Убирайся, иначе сгинешь прямо сейчас, – предупреждаю я.

Но, как я и предполагала, в доме Есении Радик чувствует себя в своей тарелке. Здесь в привычной обстановке ему куда комфортнее. На губах мерзавца появляется противная усмешка.

– Ты заигралась, ведьма, – он делает ко мне шаг, пряжка его ремня предупреждающе звякает.

В этот момент дом начинает ходить ходуном. Стены дрожат, посуда дребезжит, а пол под ногами вибрирует, будто там внизу прямо под нами пробуждается какая-то сила."

"Я вцепляюсь в дверную раму, стараясь удержать равновесие. Ветер снаружи воет, но его завывания тонут в глухом рокоте.

Радик начинает бормотать какие-то ругательства и бросается к лавке прячась за неё. Есения тихонько подвывает от страха, так же лёжа у камина.

Но «землетрясение» быстро заканчивается. Значит, Силы Велика иссякли.

– Пошёл вон, – повторяю я, указываю Радику на дверь.

Но он больше не боится. Вылезает из-под лавки, яростно сжимая большие кулаки.

– Сейчас я проучу тебя, ведьма! Пугать удумала? Таких, как ты, надо сжигать!

В этот момент задняя дверь отворяется, и я облегчённо вздыхаю. Больше всего я боялась, что Еся её заперла.

Велик показывается в дверном проёме.

Выглядит он жутко – весь измазанный болотной тиной, она свисает с его одежды клочьями, а из-под спутанных мокрых полуседых волос поблёскивают недобрым светом красные глаза. Даже его маленький рост нам на руку, ведь сразу видно – он не человек.

Велик делает шаг вперёд, оставляя на полу грязные, липкие следы. Запах сырости и гнили заполняет пространство, и у меня перехватывает дыхание.

– Чур тебя! Заблудшая душа выбралась из Нави! – Радик резво бросается прочь, отталкивая меня с прохода.