Холодный воздух лижет разгорячённые щёки, ветер подхватывает полы платья.

И вдруг в ночной тиши раздаётся громкий крик со стороны дома Еси.

– Радик, не надо! Не трогай меня! А-а-а!

Велик выскакивает из-за сарая, потирая замёрзшие руки.

– Старые боги, смилуйтесь! – бормочет он. – Кажется, там бьют какую-то деваху. Да на тебе и самой лица нет. Что случилось?

– Я только что выгнала отвратительного мужлана, и, кажется, он пошёл вымещать зло на той, которая не может ответить.

– Что же делать? – вопрошает Велик, едва не подпрыгивая на месте. – Как нам быть?

Со стороны дома Есении слышится какой-то шум.

Что Радик вообще там творит?

– Вот что, будь здесь, – командую я Велику, беря себя в руки и вытирая слёзы. – А я побегу к соседям. Здесь есть ещё старые девы, может они чем помогут.

Следующие несколько минут я трачу на то, что стучусь в соседские дома. Мне не открывают, лишь грубо отправляют восвояси. Одна старуха отпирает дверь, но как только я объясняю в чём дело, так сразу получаю в лоб, что Еся – падшая женщина и заслуживает взбучки.

Я возвращаюсь к Велику тяжело дыша от бега и сжимая в руке наш старый кухонный нож.

– Ты чего удумала? – принимается голосить божок. – Сама что ли туда пойдёшь?

– А что делать? Пока добегу до храма, Радик её и прибить может. Если уже не сделал это… – я замолкаю, собираясь с духом.

И не факт, что в храме мне помогут, если вообще откроют ночью. Но я должна что-то сделать! Еся приняла меня в своём доме, накормила, рассказала всё о здешних местах. Она просто несчастная заблудшая душа, которая пытается выжить в тяжелейших условиях.

– Вот что, Велик, сделаем так… – я склоняюсь к божку и быстро рассказываю свой план.

Он явно не слишком доволен тем, что придётся рисковать, но соглашается. Выбора у нас особо нет.

– Ладно, я быстро всё сделаю. Может крох моей магии и хватит, – Велик бросается к болоту.

А я потихоньку иду к дому Есении. С каждым шагом и с каждым порывом ветра, впивающимся в кожу, на душе всё тягостнее. Мне страшно за Есю, за себя, за моего нерождённого ребёнка. Правильно ли я поступаю, так рискуя? Но сейчас нужно делать, а не предаваться сомнениям.

Сегодня я закрою глаза на произвол и беззаконие, а завтра они постучатся в мои двери, и никто не поможет.

В конце концов, если что, у меня есть нож и Велик на подстраховке. Хоть что-то.

Я подхожу к дому, поднимаюсь на крыльцо и прислушиваюсь к происходящему. Тишина… и она пугает.

Порывы непогоды всё усиливаются, в ушах начинает звенеть от завывания. Деревья скрипят, словно шепчутся между собой, а дверь передо мной зловеще вздрагивает каждый раз, как в неё ударяется ветер. Я медленно тянусь к ручке, сердце гулко стучит в груди.

Вдруг слышу, тихое бормотание и всхлипывания Еси.