Всё-таки хоть две мои недородственницы и попили крови и мне, и настоящей Анне, это не отменяет того факта, что Бронислава потеряла любимую дочь. Какой бы ни была Мила, Бронислава всё равно видела в ней свет своей жизни. И теперь этот свет угас.

– Мне жаль, что вам довелось испытать такую боль, лира Бронислава, – говорю я. – Правда жаль. Но это всё последствия ваших поступков. Милава была интриганкой и лгуньей, не знаю, были ли вы в курсе того, что она творила, но мне и неважно. Пусть в этом разбираются дознаватели. И я не убивала вашу дочь. Это сделали звери.

– Лгунья! Лгунья! – взвизгивает Бронислава, убирая руки от лица и гневно глядя на меня. – Ты пожалеешь! Чтоб твой выродок родился с тремя ногами! Чтоб его коснулось тлетворное дыхание Нави! Чтобы тебя… Аааа!

Бронислава срывается на крик, потому что Орм и второй парень хватают мачеху и вытаскивают из ванны, прилагая значительные усилия.

– Достаточно нести ерунду! – пыхтит Орм. – Сколько можно-то уже? Рот бы вам вымыть с мылом. А ведь уважаемая лира! Айй!

Бронислава впивается Орму в кисть руки зубами.

– Простите меня, лира Анна, недосмотрел я. Она представилась вашей матерью, а прислуга подтвердила, – бормочет незнакомый мне парень. – Не знал я, не знал…

– Дурья башка, – ворчит на него Орм. – Она же едва не прибила лиру Анну. Уже и в отхожее место отойти нельзя, сразу беда…

После этого инцидента лёгкая и непринуждённая атмосфера сменяется на настороженную. Хоть служанки и убирают всё, что натворила Бронислава, с улыбкой, пытаются как-то шутить, я чувствую, как они напряжены.

Я и сама чувствую себя вымотанной.

Мне хочется закрыться в комнате, завернуться в одеяло и молча сидеть. Не хочу слышать ни голосов служанок, ни звука проезжающих мимо особняка экипажей, ни отчаянного визга мачехи, который всё ещё звенит у меня в ушах.

Скоро ванную наполняют вновь, и я с наслаждением опускаюсь в горячую воду, даже не веря, что это происходит со мной.

В землях безмужних мыться каждый день – неподъёмная задача. Воду нужно натаскать, нагреть, а ещё моя старая деревянная ванна настолько маленькая, что в ней и ноги толком не вытянуть.

То ли дело здесь. В особняке Рагнара всё устроено шикарно.

В воздухе стоит запах лаванды и мяты, вода нежно ласкает кожу. Всё это кажется роскошью из другого мира. И я снова чувствую укол стыда. Пока мои товарки по несчастью из земель безмужних страдают, я наслаждаюсь жизнью.

Служанки принимаются намывать меня до красноты. Одна расчёсывает мои волосы, а затем принимается их мыть пахучей пеной. Она стекает по моим плечам и щекочет кожу.